Неповторимая

— Я не тревожу людей по ночам.

— Никого, кроме меня, — прошептала она. Ее пронзил взгляд зеленых глаз.

— Да, только тебя, — подтвердил он.

— Но…

— Что «но»?

— Как ты сумел войти сюда? Это невозможно…

— Ты так считаешь? Напрасно. Призраки и оборотни могут оказаться везде, где пожелают.

Оборотни…

Шона вскочила, подошла к камину и уставилась на Дэвида.

— Оборотни! Звери-оборотни! — повторила она. — По крайней мере в этом обличье вы совершили доброе дело, лорд Даглас. Вы каким-то образом вытащили Дэнни из шахты.

Дэвид долго смотрел на нее, пронзая взглядом, и наконец пожал плечами.

— Это правда — я вытащил мальчишку. И теперь, полагаю, его ждет долгая и гораздо более легкая жизнь, поскольку ты взяла на себя ответственность и заявила, что больше не позволишь ему работать в шахте.

У Шоны возникло тревожное ощущение, что Дэвиду каким-то образом становится известным каждое ее слово.

— Я вправе сказать так и сделать. Фергюс заставляет своих детей работать до изнеможения, а сам…

Она устало оборвала себя.

— Ты вправе так поступить, — подтвердил Дэвид. И к удивлению Шоны, его голос смягчился. — Дэнни — славный мальчуган, миловидный и сообразительный. Он выжил только потому, что послушался меня и сделал то, что я велел ему. Он мог утонуть, но набрал побольше воздуха и поплыл так, как я сказал.

— Я не могла добраться до него, — объяснила Шона.

— Что, черт возьми, ты делала в шахте?

Шона подбоченилась и тем не менее была вынуждена отступить, когда Дэвид остановился вплотную к ней.

— Я… я должна была спуститься туда. Я знала, что там остался ребенок…

— Похоже, страдания детей слишком легко сбивают тебя с пути и заставляют принимать нелепые решения, Шона. Тебе следовало бы выйти замуж, обзавестись своими детьми и исцелиться от безумной страсти заботиться обо всех и каждом.

— Слава Богу, что тебе, видимо, не хватило времени, чтобы жениться и произвести потомство! Из тебя получился бы на редкость бессердечный отец!

— Мне хорошо известно, что я не в состоянии спасти мир.

— Опасность угрожала единственному ребенку, а не миру.

— Ребенок уцелел. Ты не должна была спускаться в шахту.

— Но я не могла иначе! Поскольку я здесь хозяйка…

— Ты здесь не хозяйка.

— Не Дагласам решать, кто я такая, — зло отозвалась Шона.