Неповторимая

Я постараюсь как можно короче изложить все, что случилось со мной. Той ночью я встретился с Шоной в конюшне — потому что она хотела поговорить. Кто-то напал на меня со спины, а потом начался пожар, однако неизвестный спаситель вытащил меня из огня, а все остальные сочли, что я мертв.

Меня приняли за убийцу из Глазго и отправили на каторгу в Австралию. Впервые придя в себя на борту корабля, я попытался убедить капитана, что я — Дэвид Даглас, и за это меня чуть не убили. По-моему, как только я оказался на корабле, ни для кого уже не имело значения, кем я был раньше: человека, чьим именем меня называли, должны были приговорить к повешению.

Капитан корабля считал, что творит отмщение Божие, продавая людей в рабство в нарушение всех законов. Бегство было почти невозможным.

Как каторжник я проработал в Австралии более четырех лет, прежде чем наконец сбежал вместе с другом — лекарем Джеймсом Мак-Грегором, тем человеком, которого я отправил в Америку с письмом. Мы бежали с пустыми руками и начали зарабатывать себе на хлеб, нанимаясь матросами на корабли.

За все это время мне удалось убедить только Джеми Мак-Грегора в том, что я Дэвид Даглас, а не убийца Коллум Мак-Дональд. — Дэвид помолчал. — Плохо одно: сбежать нам удалось только потому, что я убил стражника, гнусную тварь, без колебаний готового умертвить еще одного человека. Мне пришлось скорее удирать из Австралии; я знал, что должен вернуться в Шотландию и разобраться во всем сам, но предстоял долгий путь, а моему приятелю Джеми нездоровилось. Когда от шотландских моряков я услышал весть о смерти отца, я отправил Джеми к тебе, а сам поспешил вернуться домой, притаился в пещерах и начал наблюдать за жизнью в Касл-Роке.

— Ты и вправду прошел сквозь ад… Но тебе следует знать: отец умер своей смертью, — заверил его Ястреб. — С ним была Скайлар, — заметил он.

— У него отказало сердце, — тихо произнесла Скайлар. Дэвид стиснул кулаки.

— Значит, он мертв… Больше мне никогда не увидеться с ним, а он до смерти верил, что его старший сын погиб в огне…

— Не забывай, отец был воином, — заметил Ястреб.

 — До последнего вздоха он заботился о моем будущем, чтобы его род не угас.

— Он не остался здесь, — мрачно продолжал Дэвид. — Предпочел жизнь в Америке, и с тех пор власть в Касл-Роке захватили Мак-Гиннисы.

Ястреб положил руку на плечо брата.

— Дэвид, мы узнаем правду. — Он помедлил. — Шона замешана в этом преступлении?

— Шона забыла об осторожности.

— И это все?

— Свою невиновность ей еще предстоит доказать.