Непокорная невеста

Он нежно, но безжалостно дразнил ее, нагнетая возбуждение, пока она не почувствовала себя сжатой до отказа пружиной. Но этой ночью Том ограничился только ласками, объяснив это тем, что ее плоть еще слишком чувствительна и им придется подождать до завтра.

Она стонала и теснее прижималась к нему, пытаясь догнать ускользающее удовольствие, пока Том тихонько посмеивался над ее нетерпением. Развязав ленты ее пеньюара зубами, он прочертил языком дорожку до ее пещерки между бедрами и принялся нежно ласкать, не отрываясь до тех пор, пока ее не накрыла мощная волна освобождения.

Сейчас, при свете дня, вспоминая свое не слишком благопристойное наслаждение от интимных ласк, Кассандра была очень довольна, но в то же время чувствовала себя смущенной.

– Попросим принести завтрак, а потом отправимся гулять по острову?

Он усмехнулся, отметив про себя ее нарочитое безразличие к распорядку дня.

– Конечно."

"На столе возле одного из широких зеркальных окон им сервировали простой, но основательный завтрак: яйца пашот, жаренный на гриле бекон, маленькие продолговатые пирожки, которые словно скрутили и наполовину вывернули наизнанку, прежде чем запечь до золотисто-коричневого цвета, и грейпфруты.

– Что это? – спросила Кассандра у официанта, указав на корзинку с пирожками.

– «Чудеса Джерси», миледи. Их подавали на острове еще задолго до моего рождения.

После того как официант закончил расставлять еду и ушел, Кассандра взяла один пирожок и немного откусила. С хрустящей корочкой и нежнейшей мякотью, он имел вкус имбиря и мускатного ореха.

– М-м-м, как вкусно!

Том усмехнулся и, поцеловав жену в висок, отодвинул для нее стул и усадил за стол, пробормотав:

– Пирожки в форме туфелек.

– Попробуй.

Она поднесла лакомство к его рту, но Том покачал головой.

– Я не люблю сладкое.

– Сейчас же попробуй! – приказала Кассандра.

Уступив, Том откусил немного и в ответ на ее выжидательный взгляд произнес, словно извиняясь:

– Похоже на жареную губку для мытья посуды.

– О боже! – со смехом воскликнула Кассандра.