Непокорная невеста

Том осторожно убрал пальцы, оставив ее плоть пульсировать и сжиматься вокруг пустоты. Кассандра издала нечленораздельный звук и потянулась к нему, он прижал ее к себе, что-то приговаривая, какие-то милые глупости. Волосы на его торсе дразнили и приятно щекотали обнаженную грудь.

– Расслабься, – прошептал Том, устраиваясь между ее бедрами.

– У меня нет выбора, – с трудом выдавила Кассандра. – Меня словно сквозь гладильный каток пропустили.

Раздался его хриплый смех, ласкавший ее слух, его ладонь легла на холмик между бедрами и погладила трепещущую плоть.

– Дорогая… готова ли ты принять меня?

Она кивнула, растроганная его нежностью.

Но Том колебался, прижавшись щекой к ее струящимся волосам.

– Я не хочу причинить тебе боль, но даже если это произойдет, то лишь на мгновение.

Она нежно погладила его спину, с удовольствием ощущая рельефные мышцы под гладкой кожей."

"Том поднял голову и посмотрел на нее. Его дыхание было прерывистым. Она чувствовала давление, сосредоточенное возле уязвимого входа в ее тело, его мощный орган медленно прокладывал себе путь вперед.

– Не напрягайся, – услышала она его шепот. – Попробуй открыться мне навстречу.

Давление усиливалось, а вместе с ним нарастала боль. Он развел ее бедра еще шире, растягивая интимные створки и осторожно продвигаясь вперед, все глубже погружаясь в тиски девственных мышц. Несмотря на дискомфорт, она наслаждалась предвкушением. Том, погрузившись в нее наполовину, замер, его губы прильнули к ее губам в сладострастном поцелуе, а когда разомкнулись, она спросила:

– Ты не намерен продолжать?

И тут же поморщилась от сильного внутреннего давления в том месте, где их тела соединялись.

– Дальше меня не пускает твое тело, – ответил он, убирая с ее влажных висков и лба прилипшие прядки. – Пока.

Кассандра не смогла сдержать вздоха облегчения, когда давление чуть ослабло, а потом и вовсе исчезло. Он выскользнул из нее и нежно повернул на бок, спиной к себе.

– Дорогая, давай попробуем так… Откинься на меня, – проговорил он так, будто слова давались ему с трудом.

Том притянул ее к себе, соединив их тела, словно ложки в ящике стола, положил ее верхнюю ногу на свою и, продолжая нежно ласкать ее лоно, устроился поудобнее.

– Господи! Столько ночей я о тебе мечтал… Даже не верится, что все это происходит наяву, что ты не прекрасный сон.