Ненавистная жена

В комнату с криком: «Там, на улице я…!» врывается брюнетка, громыхнув дверью о стену… и тут же с открытыми глазами падает плашмя на пол, получив пулю в лоб.

Звук выстрела все еще звучит в ушах, все вскочили на ноги, и кто-то громко кричит… Неужели я?

Нет, клерк. Мужчина верещит, как истеричная девица, прижав листы документов к груди, пока новый звук выстрела, ударившего в паркет возле его ноги, не обрывает крик.

— Заткнись, тряпка! Или я вышибу тебе мозги, клянусь!

Вечер еще не закончился, но уже завел планировщиков не туда.

Похищение, сговор, избиение и труп — все это плохо пахнет, и клерк продолжает подвывать, наблюдая, как под упавшей женщиной растекается лужа крови, окрашивая порог комнаты."

"В короткое молчание, которое следует за окриком Макара, я слышу мертвенно-глухое от его брата:

— Идиот…

— Саша, он ее убил! Ритку прикончил, падла! — изумленно кричит светловолосый, рванувшись из угла комнаты вперед, но останавливается под дулом пистолета Макара.

— Стоять, Стас! Двинешься — стреляю! Не хер было ей возвращаться, сказали же уйти! Лучше надо воспитывать своих блядей!.. Чего смотришь? — рявкает Макар, повернув голову к нотариусу. — Меняй имя в документах с Вормиева на Бугровского! Живее, жирная сволочь!

Но дородный нотариус трясет двойным подбородком, сойдя от шока происходящего с лица:

— Я… не могу. Мы не договаривались… Это убийство, я не буду в этом участвовать.

— Еще как будешь! Заставь его, — оборачивается Макар к брату, наставляя на него пистолет.

— Заставь эту суку сделать, как я сказал, а я заставлю ее! — он вздергивает меня в своей руке. — Ну же, Саня! Или ты сейчас сам увидишь рай!

Но он не заставит. Мне хватает на секунду поймать взгляд Вормиева, чтобы показать ему, как я их ненавижу.

Мы находимся в комнате, расположенной в глубине дома на втором этаже, и сейчас откуда-то снизу доносятся крики охраны, звук выстрелов и звон разбитого стекла.

Грохот и треск, будто кто-то неумолимый все сносит на своем пути. Я догадываюсь, кто он — виновник переполоха, и Вормиев верно читает ответ в моих глазах:

— Поздно, — со злой досадой бросает обезумевшему брату. — Ты все просрал. Лучше бы я удавил тебя в детстве, недоносок! Мы были так близки к успеху, а теперь у нас три свидетеля убийства, которые ничего не подпишут. И Ярый, который пришел за своей женой.