Ненавистная жена

— И в качестве кого вы себя предлагаете? Лучшего друга семьи или опытного патрона?

— Зачем же. Вы умная и красивая женщина, Марина. Мужа. Вы этого достойны.

Если бы это был спектакль, а я сидела приглашенной гостьей в ложе или на балконе в последнем ряду — я бы от души похлопала артистам и режиссеру. Вот это постановка. Даже глаз не моргнул.

— То есть я — достойна вас, Вормиев? И ничего не смущает?

— Нет. Я, конечно, старше вас, но обещаю не водить жену по стриптиз-клубам и не знакомить со своими шлюхами.

Вы стоите большего.

Я подаюсь назад и опираюсь плечами о спинку стула, сжав руки на коленях в кулаки."

"— Ну, с одной своей шлюхой вы меня уже познакомили. Видимо, любимой, раз она при вас, — отвечаю, имея в виду брюнетку. Повернув голову в сторону женщины, которая зорко следит за разговором, я намеренно ее задеваю. Надоело это общество затаившихся крыс!

— Эй, ты! Дай воды! И салфетки научись подавать, как следует… «дорогуша». Не пихать в лицо, а класть на стол, как нормальные люди.

Твой Саша ошибся, я знакома со всем бизнесом своей семьи, и если скажешь, в каком публичном доме тебя подобрали — помогу вернуться обратно. Ты ведь помнишь, что у собачек не только короткая память, но и жизнь?

У брюнетки сцепляются зубы и бледнеют щеки. Теперь и следа нет от едкой ухмылки, с которой она меня встретила. Ты смотри, что с людьми делает правда и зеркальное отношение.

Я не знаю, женщина ли она Вормиева — мне плевать на это. Я отворачиваюсь и вновь забываю о ней.

А вот хозяин дома мою просьбу без внимания не оставляет.

— Рита, ты слышала? — говорит нетерпеливым тоном. — Подай Марине Павловне, что она хочет.

— Саша, да она издевается!

— Подай, я сказал! А сама уйди! Так мы продолжим? — обращается ко мне, когда женщина уходит, все-таки поставив передо мной стакан с водой. Дождавшись, когда я сделаю несколько глотков, продолжает, будто для него это решенное дело:

— Я оценил вашу проницательность, Марина. Больше такой ошибки не допущу.

Сейчас вы подпишите документ о разводе и заявление в полицию, после чего мы с вами оформим законный брак. Здесь есть свидетели, регистратор и все необходимые формуляры. Осталось только…

— Ты самоубийца, Вормиев, — шиплю я, расцепив губы. Поднявшись со стула, отшвыриваю от себя стакан к мужчине, сообщая ему ледяным тоном: — Ничего у тебя не осталось. Пошел ты к черту со своей сворой! Никогда наследство Корнеева не будет твоим.