Нелюбимая

У меня там камеры наблюдения стоят. Если что-то и забрала, то далеко не унесет. Проверю и присоединюсь к ужину, хорошо? — Герман подошел ко мне и провел костяшками пальцев по моей щеке.

Он чувствовал за собой вину, это ощущается и в прикосновениях, и в уставшем взгляде. Она тоже так просто не сотрется, но мы вроде бы наметили свой курс именно к этому, правда же? Чтобы без вины, без обвинений и боли.

Мы ужинаем молча. Герман убедил меня в том, что Лариса ничего не забрала с собой и это немного успокаивает. Евгения, как и всегда постаралась на славу, ее паста с морепродуктами и сливочным соусом не хуже ресторанных блюд, может, даже и лучше.

Я иногда поглядывала на Германа, пока он утонченными движениями своих длинных пальцев управлялся со столовыми приборами. По-хорошему, я вроде бы, как и не должна была вот так просто и быстро прощать его выходки. Но если честно, то я понятия не имею, как нужно себя вести. В смысле, я абсолютно ничего не знаю о том, как правильно люди выстраивают семейную жизнь.

Не хотелось хранить и взращивать в себе ненависть и жгучую обиду. Глядя на Германа, на его виноватый взгляд, который он пытается скрыть, но что-то как-то совсем не очень у него получается, я понимаю, что по сути никто ни в чем не виноват. Просто всё вышло совсем по-дурацки и нелепо. Эта Лариса, Саша, который сейчас где-то заграницей работает, наши бесконечные ссоры. Хватит уже всего этого.

"— Почему ты так смотришь на меня? — вдруг спросил Герман, промокнув губы салфеткой. Странно, никогда раньше я не обращала внимания на его манеры. Выдержанные, неторопливые и эстетичные в своей естественности.

— Просто, — я перевела взгляд в свою тарелку и почувствовала себя преступницей, которая посягнула на чужое.

— Знаешь я тут подумал, — Герман отпивает из своего бокала вино. — У меня пару дней выходных будет. Может быть, мы поедем куда-нибудь? Конечно, на юг не получится, не стоит тебе столько времени в самолете проводить, да это и не отдых будет.

На самом деле, исправлять было что, ведь он фактически посадил меня под замок. И если быть уж совсем честной, то стены дома и даже сад, в котором я гуляла, ужасно душили.