Нелюбимая

— Всё образуется, — вдруг проговорила мама.

Я не сразу обратила на нее внимания, вперив взгляд в одну точку.

— Не тревожь ее, — рассержено проговорил папа. — Видишь, ей и так плохо.

— Мне просто хочется помочь, поддержать.

— Я в порядке, спасибо, — зачерпнув ложкой суп, я отправила ее тут же в рот, но кроме тепла, что разлилось в груди и затерялось в желудке, никакого вкуса всё равно не ощутила."

"— Ариш, я хотела с тобой серьезно поговорить, — мама промокнула губы салфеткой и вздохнула, будто набираясь каких-то внутренних сил, чтобы продолжить нелегкий для нее разговор.

 — Для начала мне бы хотелось извиниться перед тобой. Я была неправа, когда пыталась отгородиться от твоих проблем, когда не оказывала тебе должную поддержку. Ты можешь не принимать моих извинений, можешь выгнать меня, я пойму твои чувства. Это будет заслужено.

— Мам, что ты такое говоришь? — я немного оживилась и прекратила хмурым взглядом терроризировать невидимую точку в пространстве. — Я не собираюсь тебе прогонять.

— Ты не заслужила такого отношения к себе, я должна была больше уделять времени, а вместо этого спряталась за спинами нянек и пыталась научиться жить после смерти нашего с отцом первенца, — голос мамы задрожал, а в глазах блеснули слёзы.

— Мам, не надо, — я встала из-за стола и подсела ближе. — Это всё уже в прошлом. У меня были обиды. Я часто вспоминала, прокручивала их в голове, но теперь это неважно. У меня есть ребенок, муж, будущие.

— Ты у нас уже совсем взрослая, — мама улыбнулась и заботливо поправила воротник на моей блузке.

 — Я всё смелости набраться никак не могла, чтобы прощения у тебя попросить. Признавать собственные ошибки — дело очень трудное. Но когда произошел весь этот кошмар, когда ты остался с ним наедине, я поняла, что вела себя самым некрасивым образом. Мы с отцом каемся за то, что не смогли стать для тебя образцовыми родителями.

— Мамочка, папочка, я всё равно вас люблю. У нас были непростые времена, но мы же не будем постоянно оборачиваться назад, правда? Мы всегда были и останемся семьей.

— Солнышко, — обратился папа. — Я не умею красиво говорить, просто хочу, чтобы ты знала, мы всегда готовы тебе помочь с Викушей и вообще со всем, чем угодно. Время назад не повернуть и ошибки уже не исправить, но мы хотели хотя бы для внучки стать хорошими бабушкой и дедушкой. Хотя, так странно, когда только в старости ты, наконец-то, осознаешь, что деньги — не центр твоей жизни.