Небосвод мечей

Исследуем этот ход, когда будет больше времени.

Малинда и Пес вышли следом, держась за руки."

"На темно-синем небе появилась тоненькая полоска луны, и от нее по воде разбежались серебряные дорожки. Малинда пожелала Диане спокойной ночи и заперлась у себя в комнате. Она отвернула коврик, подавая Псу знак, что все чисто, и, сбросив ночную рубашку, завернулась в горностаевый плащ, принадлежавший раньше ее матери. Принцесса нашла его в кладовке; должно быть, роскошное одеяние уцелело, в то время как вещи гораздо меньшей ценности разворовали, просто потому, что жителям острова было негде продать его и негде носить.

Малинда любовалась видом из окна, слушая стоны ветра и неумолчный шум разбивавшихся о скалы волн. Пес мог двигаться поразительно тихо — она не слышала, как открылся люк, хотя почувствовала, как под его шагами затрясся пол. Она быстро обернулась и убедилась, что это он — на нем одежды было еще меньше. Хотя Малинда очень устала после дороги, внутри нее словно распрямилась витая пружина, когда Пес прикоснулся к ней. Как она смогла вынести три ночи без любви. Как вообще можно было раньше жить без Пса?

— Иди сюда и посмотри.

Она снова глядела на фантастическую луну. Ей представлялось, как он подойдет сейчас ближе, встанет рядом, и его рука скользнет под меховой плащ…

— Нет.

Кровать заскрипела под тяжестью Пса. Он натянул одеяло до подбородка.

— Ладно, не хочешь, как хочешь. — Она подошла к постели, но на ней почти не оставалось места, так что Малинде пришлось лечь прямо на Пса и накинуть одеяло поверх.

Она поцеловала его в кончик носа. — Скажи три волшебных слова.

— Я люблю тебя.

— Гм-м-м. Тебе нужно научиться произносить их более страстно. Но ничего. Ты мне уже сказал, а теперь покажи. Начинай нежно, словно паутинка, чтобы закончить настоящим землетрясением.

Он сжимал ее в медвежьих объятиях, целовал, гладил… Но Малинда поняла, что Пес оставался холоден, когда он попытался выскользнуть из постели. Конечно, она не смогла бы удержать его, примени он всю свою силу, но он только сказал:

— Отпусти меня.

Сегодня я ни на что не гожусь.

— Я не брошу мужчину, который любит меня.

— Сегодня я не мужчина. Ты же знаешь.

При лунном свете лицо его исказилось от стыда.

— Бедняжка! Ты три дня не слезал с лошади, вот в чем все дело. — Она сомневалась, что между этими двумя явлениями есть связь, но оправдание звучало правдоподобно. — Или это из-за прибоя? Я отведу тебя туда, где его не слышно — если на Королевском Мысе вообще есть такой уголок. Не волнуйся.