Мама на полное содержание

Нет, рабочий день еще не начался, но обычно я стараюсь прибыть пораньше. Никто эти моменты не отслеживает… Как мне казалось.

- Слава богу, что пришла! - дверь распахивается и входит Пал Палыч.

Сегодня на его низкой коренастой фигуре какой-то особенно элегантный костюм.

- Как штык к началу рабочего дня, - намекаю, что мой проступок не такой уж криминальный.

Но директора не заговоришь.

- А надо раньше! Раньше!

Натянуто улыбаюсь."

"- Работала с Егором Золотовым… дистанционно. Подтягивали его моральное состояние.

Аргумент весомый, Палыч лишь недовольно крякает.

- А меня пригласили на выписку внука Шумакова! Именно того. В общем, давайте тут сегодня сами. Я на связи.

- Отправляйтесь спокойно.

Начальник уходит, инцидент с моим опозданием исчерпан. По крайней мере мне так кажется. Я и сама не люблю влетать в здание клиники в последний момент. Вот ведь Золотов! Хотя я сама виновата, что так взбудоражилась от его поступка.

Вот даже сейчас вспоминаю о нем, и блузка под горло начинает душить. А ведь она большевата, я похудела! Мне точно нельзя принимать его предложение стать матерью наследников. Беременной женщине нужен покой. А эта персона все время заставляет меня нервничать.

Боже, неужели я всерьез размышляю над планом Золотова… Так, работать! Надо работать.

У меня получается уделить внимание делам. Просматриваю новые данные по семьям, работу с которыми сейчас лично контролирую.

Да вот же черт! Никак не могу полностью отвлечься.

Но дисциплина у меня присутствует, не отнимешь. Так что снова погружаюсь в систему данных. Попутно отвечаю на звонки, которые ближе к полудню начинают поступать. От Золотова ни слуху, ни духу (да, я об этом подумала!), и слава богу.

Все же когда раздается стук в дверь, я вздрагиваю. Не явился ли мой потенциальный фиктивный муженек? Слегка выдыхаю, когда на приглашение войти в проеме показывается другая фигура.

- Добро утро, Василиса. Можно?

Да, пока еще одиннадцать и актуально именно такое приветствие. Мой гость как всегда идеален.

- Привет, Фил. Входи.

Смотрю на высокую гибкую фигуру, перемещающуюся в центр моего кабинета. Как бы Каминский не качался, он остается по-юношески стройным. Впрочем, ему нет тридцати.