Не промахнись, снайпер!

Судя по всему, он оказался хорошим пловцом, если сумел уйти из-под такого огня. Утром мы копали могилу для нашего товарища. Хотя ночи стали уже холодные, лицо погибшего сильно распухло, верхняя губа вздернулась, виднелась полоска покрытых кровью зубов. Завернули тело в плащпалатку и закопали, соорудив сверху аккуратный бугорок, обложенный сосновыми ветками.

Водку нам в тот период не выдавали, но Ангара достал бутылку спирта. Впервые за несколько недель пребывания на Дону собрались всем отделением, помянули товарища.

Долго сидели неподалеку от могилы. Веня на крошечном костерке калил гвоздь и выжигал на деревянной дощечке фамилию, звание, даты рождения и смерти погибшего.

— Ты укажи, что он снайпером был, — напомнил Ангара.

— Укажу, — кивнул Веня.

— Фрицы своих в гробах хоронят, — сказал кто-то. — И кресты ставят.

— Ну и черт с ними! — сказал Ангара. — Мы их кресты вместе с живыми гадами в землю втопчем.

Я был рад встрече со старым другом, Гришей Маковеем. Хотя его с напарником закрепили за вторым, соседним с нами, батальоном, мы почти не виделись.

Ангара составил такой график, что одна пара снайперов работала, а другая отдыхала. Обменялись последними новостями. Они мало чем отличались от наших. Вылазки на передний край, минометные обстрелы. Договорились встретиться при первой возможности.

Лучше бы не договаривались. Как я убедился, плохая примета что-то загадывать на войне.

Продолжались наши будни. Неделю спустя мы с Веней Малышко заметили на рассвете возле противоположного берега резиновую лодку.

Итальянские саперы еще с ночи минировали прибрежное дно и на свою беду провозились слишком долго. Не заметили, что уже рассвело, а туман, который их прикрывал, разогнало ветром. Мы успели срезать одного из них, но нам его все равно не засчитали. Сапер свалился за борт и сразу утонул под тяжестью амуниции. Двое других спрыгнули в воду и исчезли в кустах. Торопливые выстрелы вслед их не достали. Пробитая пулей лодка, съежившись, колыхалась у берега.

Наши минометчики разглядели ее и накрыли вторым залпом. С десяток мин запустили на берег, откуда вел огонь пулемет. Кажется, по их сводкам, этот незначительный эпизод прошел как уничтожение вражеской разведгруппы. Засекли лодку в момент отплытия и уничтожили вместе с прикрывающим ее пулеметным расчетом."

"Что поделаешь. К вранью толкало не только желание показать, что ты воюешь, но и требования командиров давать результаты.