Не отпусти нас

Владимир с тревогой взглянул на девочек.

– Сидите с мамой, – приказал он.

Дочки вцепились в мои руки и притихли.

Со стороны дороги мелькнул фарами черный внедорожник, который стоял у нашего дома последние сутки.

Тревога отступила – с этой минуты мы под защитой. Но так по-свойски припарковавшийся возле нашего дома оливковый внедорожник заставлял меня нервничать. Кого мы обнаружим в доме? Шерхана и его свиту? Или его племянника решившего, что ему все дозволено?!"

"– Подождем, – напряженно всматривался в окна дома Метелин.

Вскоре двое охранников выбрались из черного авто и подошли к нам.

– Владимир Георгиевич, что произошло?

– Чужой внедорожник у входа, а дома никого не должно быть.

– Да, тетя в больнице, мы с девочками живем одни, – подтвердила я.

Тот охранник, что улыбался мне прошлым утром, достал из куртки пистолет и взвел курок.

– Мы пойдем первыми. Как знать, что за сюрприз ожидает вас в гостиной… – нахмурился он.

Я выбралась из машины, открыла калитку и пропустила его вперед.

Во дворе было тихо.

Охранники быстро взбежали по ступеням и застыли у парадной двери. Мы с детьми остались стоять у машины, не решаясь войти во двор.

Охранники громко постучали. Никто не ответил.

Как в красивом кино, наша охрана повернула замок в двери и прокралась внутрь.

Громкий визг Ярославы в длинном пеньюаре, накинутом на обнаженное тело, прокатился эхом по округе и заставил меня и дочек вздрогнуть.

– Это что еще за облава в моем собственном доме?! – визжала она.

– Тетя!

Позабыв об опасности, я оставила дочек с Метелиным и кинулась в дом.

Торопливо застегивая брюки, в белой рубашке нараспашку по лестнице спускался прокурор Проскуров Вячеслав Иванович.

– Твою… Это что за орлы?! – приглаживая рыжеватые вихры, уставился на меня он. – Что за орлы с пистолетами, я вас спрашиваю?!

Позади материализовался Метелин. Маша и Саша кинулись ко мне и испуганно вцепились в подол моего пальто.

– О! Владимир Георгиевич! Сколько лет, сколько зим! – оживился Проскуров и принялся застегивать пуговицы на смятой рубашке.

– Ты же… в больнице должна быть! – сверкнула полным ярости взглядом в сторону тетки я. – Как ты оказалась дома?!

Тетка запахнула шелковый пеньюар, презрительно фыркнула в сторону опешивших охранников и направилась в гостиную, где у пылающего камина был накрыт журнальный столик.

– Так Вячеслав Иванович в гости ко мне в палату пожаловал! Я его и уговорила надавить на врача, чтобы меня скорее выписали, – плеснув в хрустальный бокал вина, сообщила она.