Не отпущу, моя девочка

Пользуюсь там душем, туалетом, переодеваюсь в домашний шелковый костюм и иду будить Мирона.

— Мама! — верещит мой мальчик.

— Тихо, — прикладываю палец к губам. — Папа спит еще.

— Когда ты приехала? Мы с папой тебя встречать должны ехать же!

— Сюрприз! — целую Мира в лоб. — Пошли папу поздравлять.

— Пошли-пошли.

Мирон сползает с кровати и вытаскивает из шкафа замотанную в подарочную бумагу коробку. Сам заматывал. Рулона два, наверное, израсходовал, и сверху еще переклеил все скотчем.

— Идем, — сжимаю в руках небольшую коробочку со своим подарком.

Мир хихикает и бежит вперед. Можно сказать, с ноги открывает дверь в нашу спальню и забирается на кровать с воплями:

— Папа! С днем рождения!

Арс приоткрывает один глаз, перекатывается на спину, открывает второй. Моргает. Видит меня. Прищуривается.

— Ты мне не рад? — улыбаюсь и тоже забираюсь на кровать.

— Ты откуда?

— С самолета.

— В двенадцать же…

— Ну вот так, — жму плечами. — Сюрприз. Ты не рад?

— Рад, — резко садится на кровать и притягивает меня к себе.

— Не ругайся, — глажу его по голове. — У нас тут подарки, моя любовь.

— Я первый! — тут же оживает сын и вручает папе свой подарок.

— Это что? — Арс трясет коробку.

— Это конструктор. Там корабль. Огромный.

— Мне? Конструктор? — муж смеется.

— Папа! — сын закатывает глаза. — Ну это чтобы мы с тобой вместе же собирали!

— Понял, — Арс приобнимает сына, а потом целует в макушку.

— Мой подарочек будет поскромнее, — смеюсь и протягиваю Арсу коробочку.

Арс открывает. Будто в раскадровке вижу, как замедленно он моргает, сводит брови на переносице и вытаскивает крошечную пинетку. В его руке она выглядит просто игрушечной.

— С днем рождения, моя любовь, — улыбаюсь.

Арс моргает, смотрит на пинетки, потом на меня.

— Когда?

— Две недели уже, — выдыхаю, чувствуя, что сердце начинает биться чаще.

Муж широко улыбается. Обнимает.

Мирон тоже радостно хихикает, не понимая, что происходит.

— Майя, — муж обжигает мои губы горячим дыханием, — это самый кайфовый подарок.

— А мой? — дуется Мирон.

— А твой вообще вне всякой конкуренции.

3

Прошло еще 13 лет…

Арсений

Тянусь к трезвонящему телефону в полудреме. Приоткрываю один глаз. Пять утра.

— Если мы не банкроты, все ждет до завтра.

— Это по поводу Мирона, Арсений Дмитриевич.

— Чего там? — открываю второй глаз.