Не (его) игрушка

Он перестал видеть реальность, погряз в наркотиках, алкоголе и сексе.

И чем больше я смотрю на него, тем явственней ощущаю, что меня ожидала подобная участь. Спасибо Насте. Она меня спасла.

— Ты избитый, — вместо ответа девушка касается моей разбитой скулы своими прохладными пальчиками. Тысячи иголок ударяют в пах. ХОЧУ!

— Это не важно, — пытаюсь отмахнуться. Не привык, когда меня благодарят. И уж тем более, проявляют сочувствствие!

Меня обычно просят, я делаю. Вот и все.

Но с Настей все выходит иначе.

— Спасибо большое за то, что спас меня, — все также негромко произносит.

— Я бы не смог пережить, если с тобой что-то случилось! — говорю искренне. Если уж открывать истинные чувства, то прямо сейчас. — И с ним, — кладу руку на округлый живот. Там бьётся крохотное сердечко моего сына.

Настя в тот же миг напрягается. Отстраняется. Поднимается с кровати.

На девушке нет лица.

— Настенька, что с тобой? — не понимаю перемены в поведении. Я же был внимательным и спокойным с ней только что!

— Все в порядке, — говорит отчужденно.

Не выдерживаю, поднимаюсь и иду следом за ней. Ловлю у кухонной зоны, зажимаю. Хватаю под бедра и сажаю на столешницу.

Развожу в разные стороны стройные ноги, встаю вплотную к ней. Мой ствол упирается в горячее лоно. Настенька тоже хочет меня.

— Габриель! — возмущённо.

— Что случилось? — требую ответ.

— Все в порядке, — произносит, окончательно замыкаясь.

Не могу не касаться ее. Провожу руками по бедрам, слегка их сжимаю, зрачки девушки расширяются.

Нежная упругая кожа, ладони горят. От Настиной реакции сводит рассудок.

Не встречаю сопротивления, наглею. Забираюсь под подол лёгкого платья, разводу ноги в разные стороны чуть сильней. И тут до меня доходит…

На Насте нет трусиков!

Охреневаю. Не верю своему счастью.

— Как так? — удивлённо смотрю на неё. Никогда не поверю, что девушка явилась ко мне в подобном виде.

— Дэниель, — одного слова хватает, чтобы я в тот же миг рассвирепел.

Сжимаю челюсть до боли, слежу за дыханием. Сейчас меньше всего нужно, так это вновь сорваться на ней.

— Птичка, — шепчу рядом с приоткрытым ртом. — Позволь мне стереть своего брата, — прошу. Едва касаюсь желанных губ. — Доверься, — член от острого желания горит адским огнем. Разум полыхает. Яйца звенят.

Я хочу свою девочку. Отлюбить, заставить стонать от наслаждения. Сделать окончательно и бесповоротно только своей.

— Ты согласна? — пытливо смотрю в ее глаза.