Не (его) игрушка

Совсем дебил что ли?!

— На чем? — рычу не скрывая злости.

Я же сказал ему, из дома НЕ ВЫХОДИТЬ!!! Аррр!!! Ну что за идиот мне достался!!

— А вот это ты в состоянии выяснить сам!

Поднимается со скамейки, прожигает душу насквозь своим мудрым взглядом. Мне снова становится не по себе.

— Запомни, сынок. Пока вы оба живы, все можно исправить. Дэн — твой единственный брат! Не дай ему пропасть.

— Идти за ним в пропасть? — спрашиваю не в силах сдержать усмешки. — Нет уж, спасибо. Достало уже.

— Зачем идти? — вопросительно приподнимает бровь.

Смотрит на меня, молчит. Один взгляд вместо тысячи слов. Не нахожусь, что ответить.

Врать не собираюсь, а правда её убьет. Татьяна Михайловна слишком дорогА для меня, чтобы поступать с ней жестоко. Она за всю свою жизнь не причинила никому из нас зла.

— Я подумаю. Обещаю.

Выдавливаю из себя. Хочу сказать совершенно иное, но не стану. Пусть спит спокойно.

А вот с Дэниелем я разберусь! Пожалуй, прямо сейчас.

— Мирон Анатольевич, посмотрите по камерам куда уехал мой брат.

С братом нам лучше пока не встречаться. Могу его ненароком прибить.

Захожу в свой кабинет, запираюсь. Что-то усталость навалилась, ну просто пиздец!

Снимаю пиджак, заваливаюсь в кресло, ослабляю галстук. Ноги закидываю на пуфик, откидываю голову назад.

Могу позволить себе небольшой отдых.

Три ночи без сна делают свое недоброе дело.

Расслабленность окутывает как пуховое одеяло. Мне становится комфортно и хорошо. Закрываю глаза, моментально проваливаюсь в глубокий сон.

Без сновидений.

Настойчивое звучание сотового прорывается сквозь приятное умиротворение. Выдергивает из объятий Морфея, заставляет открыть глаза.

Проклиная все на свете, с гудящей головой, шарю рукой по карманам.

Не глядя на экран, принимаю вызов.

— Слушаю! — кидаю недовольное в трубку. Мой голос спросонья охрип.

— Габриель Вахтангович? — робко спрашивает девушка на том конце провода.

Твою ж мать! Сейчас опять начнут предлагать всякий шлак!

Да я их прибью нахрен! Дайте поспать!!

— Что надо? — рявкаю. Одно слово и кладу трубку. Достало!

Хрен бы, если кто по делу звонил!

— Извините за беспокойство, — все так же неуверенно продолжает.