Лекарь Империи 6

Я направился в хирургическое отделение проверить своих плановых пациентов. День катился к концу, но работа не ждала.

В коридоре третьего этажа я столкнулся с Шаповаловым. Он как раз выходил из палаты, на ходу изучая историю болезни.

— А, Разумовский, — он поднял голову, и его усталые глаза сфокусировались на мне. — Ну как там наш… уважаемый пациент? Слышал, полиции удалось найти на него компромат.

— Быстро слухи у нас расходятся. Все в порядке. Получили полное признание, — я пожал плечами. — Справедливость восторжествовала.

Шаповалов отложил папку и внимательно, как-то по-новому, посмотрел на меня.

— Знаешь, я до последнего не был уверен, что это лучший выход из ситуации."

"— Ой-ой, сейчас будет читать мораль, — мысленно прокомментировал Фырк, невидимой тенью материализуясь на ближайшем подоконнике. — Сейчас начнется лекция о высоких материях и клятве целителя.

Я внутренне напрягся, готовясь к нотациям.

— И?

— Ты молодец, — неожиданно сказал Шаповалов, и в его голосе не было ни капли сарказма. — Поступил правильно.

Я удивленно поднял бровь. От него я ожидал чего угодно — упрека, циничной шутки, даже приказа написать объяснительную. Но точно не этого.

— Не хватило бы… как это сказать… хладнокровия, что ли, — закончил он, подбирая слова. — У меня бы нервы сдали. Или врезал бы ему, или просто лечил бы по протоколу, скрипя зубами. А ты нашел третий путь. Заставил его заплатить, не нарушив ни одного правила.

— Это не хладнокровие, — возразил я. — Это прагматизм. Нужно было восстановить баланс.

На самом деле, я и сам не знал, как это назвать.

— Баланс, — Шаповалов криво усмехнулся. — Знаешь, Разумовский, в нашем лекарском деле редко бывает баланс. Обычно мы просто спасаем. И хороших, и плохих. Святых и ублюдков. Одинаково. Без разбора.

— В идеальном мире — да. Но наш мир далек от идеала, — твердо ответил я.

— Это точно, — он тяжело вздохнул и по-отечески, но весомо, похлопал меня по плечу. — Ладно, не буду тебя задерживать. У меня еще операция до конца смены.

Он ушел, а я остался стоять в пустом коридоре, размышляя.

— Смотри-ка, двуногий становится местной легендой! — хихикнул Фырк, усаживаясь на мое плечо. — О тебе и так уже вся больница гудит. А скоро вообще о тебе байки в курилках рассказывать будут. «Жил-был лекарь Разумовский, который бандитов параличом лечил, а потом полицию вызывал». Звучит!'

— Так, не начинай, пушистый, — мысленно осадил я его. Я не хотел быть легендой. Я просто хотел делать свою работу.