Лекарь Империи 6

Фырк сидел на краю мраморной раковины и болтал лапками.

— Как думаешь, что они задумали?

— Понятия не имею, — я вытирался пушистым полотенцем. — Но что-то масштабное, раз для этого привлекают такого серьезного партнера, как Каменский.

— Может, хотят свою больницу открыть? Частную клинику для аристократов?

— Почему? — удивился Фырк.

— Хорошую лекарскую помощь должны получать все, а не только аристократы.

— Возможно, — кивнул Фырк. — Или исследовательский центр? Для изучения твоего дара? Будут ставить на тебе опыты, как на лабораторной крысе!

— Тоже вариант.

— Или школу целителей? С тобой как главным преподавателем?

— С моим рангом? С трудом верится. Фырк, давай дождемся и узнаем, — я прервал его поток фантазий. — Гадать бессмысленно.

Я оделся.

В гардеробной нашелся приличный повседневный костюм — не такой дорогой, как мой вчерашний испорченный, но вполне презентабельный. Темно-синий, классического кроя.

Мы с Вероникой спустились вниз. В малой столовой уже накрывали стол — на четыре персоны.

— Доброе утро! Как спалось?

— Отлично, спасибо, — ответила Вероника. — Кровать просто волшебная!

— Рад, что вам понравилось. Илья, как пробежка?

— Продуктивно. Отличный у вас парк.

— Да, я тоже люблю там бегать. Правда, в последнее время редко получается — возраст, знаете ли.

Вошел лакей, доложил:

— Ваша светлость, граф Каменский прибыл.

— Отлично, пускай заходит!

В столовую вошел мужчина лет шестидесяти.

— Михаил! — барон встал и пошел ему навстречу.

— Ульрих! — они обнялись по-мужски, похлопав друг друга по плечам.

— Позволь представить всех еще раз — лекарь Илья Григорьевич Разумовский и его спутница Вероника Сергеевна. Илья, Вероника — граф Михаил Петрович Каменский, мой старый друг и деловой партнер.

— Очень приятно! — граф пожал мне руку.

— Приятно познакомиться, — ответил я.

Мы сели за стол. Завтрак был простым — яичница с беконом, тосты, кофе, свежевыжатый апельсиновый сок. Но это нам. А вот у барона был свой завтрак. Я гляжу он следует моим рекомендациям.

Несколько минут ели молча. Потом барон и Каменский переглянулись.