Лекарь Империи 6

Если бы дело было в сдавлении мозгового ствола гематомой, симптомы нарастали бы постепенно! Сначала головная боль, потом рвота, угнетение сознания, брадикардия, и только потом — остановка дыхания и сердца!

Они учат это на третьем курсе академии! Как можно было пропустить такую классическую картину⁈

— Ваши рассуждения логичны, — согласилась Пестрякова, и это неохотное признание было для меня маленькой победой. — Но что вы подозреваете конкретно? Аритмогенная дисплазия? Каналопатия?

Она проверяла меня, перебирая редкие диагнозы, как опытный следователь, пытающийся поймать на лжи.

— Я не знаю, — честно ответил я. — Пока не знаю. У меня не было ни времени, ни оборудования, чтобы поставить точный диагноз. Я просто знаю, что ваши лекари ищут не там. Они сейчас готовятся вскрыть ему череп, чтобы найти причину там, где ее нет, пока настоящая мина тикает у него в груди!

Пестрякова закусила губу — признак глубокого размышления. Она была не из тех, кто слепо верит на слово, но и не из тех, кто отмахивается от логичных аргументов.

— Вы действительно так уверены, что проблема в сердце?

Я посмотрел ей прямо в глаза.

— Абсолютно. Я держал его на «Искре» во время фибрилляции. На «Искре» Виолетта Архиповна! Я чувствовал хаос в его сердце каждой клеточкой своего тела! Там есть какая-то структурная или электрическая аномалия, я готов поставить на это свою лицензию!

Она долго смотрела на меня, потом перевела взгляд на барона.

— Барон, вы в курсе этой… авантюры?

— Полностью, — кивнул барон. — И поддерживаю.

Пестрякова перевела взгляд на Веронику.

— А вы, милочка? Вы же тоже лекарь.

— Я с Ильей, — просто ответила Вероника. — Он никогда не ошибается в диагнозах. Если он говорит, что у парня проблемы с сердцем — значит, так и есть.

Вот она, моя команда. Аристократ, готовый на авантюру. И верная девушка, которая верит в меня безоговорочно. С такой поддержкой можно и горы свернуть.

Пестрякова еще несколько секунд колебалась, потом решительно кивнула.

— Хорошо. Я помогу. Что от меня требуется?

Я почувствовал прилив облегчения.

Она согласилась. Она рискует карьерой, но ее профессиональный долг оказался сильнее страха перед начальством. Настоящий лекарь.

— Для начала — информация. Где сейчас Максим? В операционной? В какой именно? Кто оперирует? И мне нужен доступ к его анализам — ЭКГ, биохимия крови, все, что есть.

— Это я могу организовать.