Навеки твоя

Только умер ли?

Словно повторяя мои мысли, Эмиль сказал:

— У Ремисова была хорошая репутация.

— Его перед этим подстрелили, — я взглянула на мужа, хотела добавить, что поэтому тот и победил в драке, но это все равно, что слабаком его назвать.

— Я не знаю, Дина… Придется рискнуть, раз другого способа нет! Пойдем на их условия. Встреча в центре, место людное. Подожди…

Эмиль подобрал со столика пульт и включил телевизор. Шла реклама, а он явно ждал новостей и убрал звук. Я взглянула на телефон: ни похитители, ни Андрей не звонили.

— Тебя выманивают, — горячо сказала я. — Им не деньги нужны, требуют выкуп, чтобы ты пришел, и… — я осеклась. — Они выбрали людное место, чтобы усыпить твою бдительность! Эмиль! — меня снова разбирала истерика. — Они не вернут сына! Ты же знаешь!

Он обернулся, а я все еще сидела на полу. Смерил меня взглядом и включил звук, словно не хотел меня слушать.

— Новости, — сказал Эмиль.

— Продолжаются поиски убийцы Николая Бессонова, погибшего от пули наемника несколько дней назад, — ведущий начал с главных новостей.

На экране появилось фото и я закрыла глаза. Господи… Они все о нем знают. Снимок старый: у него еще не пропал задор в глазах, на чувственных губах приятная полуулыбка. Андрей был в военной форме. «Разыскивается за заказные убийства, наемничество… Мог покинуть Ростовскую область».

Фото сменили кадры арестов. Из клуба, где он любил зависать, выводили мужчин в наручниках. Прав был тот парень: его группировке конец — или сдохнут за меня, или сядут.

— Козел, — емко сказал Эмиль в пустоту.

Он не хотел ничего со мной обсуждать. Посмотри правде в глаза: мы в патовой ситуации.

— Давай обратимся в полицию, — еле сдерживая слезы, прошептала я. — Ты же знаешь… похищенных не возвращают.

Глава 39

Эмиль отвернулся.

Убитый взгляд устремился в пустоту. По старой привычке он упер руки в бока, выставив грязные манжеты сорочки.

— Ты думаешь, я бы не пошел? Нам нельзя в полицию, — мрачно сказал он. — У них могут там быть люди. У них родственники в СК! Нельзя рисковать. Если меня посадят сейчас и я там сдохну, все будет кончено… Я хотя бы попытаюсь вернуть сына!

Последнюю фразу он проорал, словно на меня злился.

— Давай обратимся к Питерцову.