Наследный принц

А так приходилось разыгрывать из себя галантного рыцаря, время от времени уделяя внимание не только невесте, но и остальным дамам.

Мысленно Генрих улыбался мудрости княгини (или кто там подбирал свиту для княжеской дочери). Доверенные подружки, которые, как он подозревал, после свадьбы должны войти в постоянную свиту принцессы, были хороши. Таких не стыдно сосватать за представителей самых лучших семейств. И, вместе с тем, ни одна из них не могла затмить саму Либуше.

Одна, с именем, похожим на название цветка, была невысокой темноволосой девицей с довольно простым, располагающим к себе лицом.

Девочка говорила по заксонски чуть ли не лучше княжны, была немногословна, а если задавала вопросы, то строго по делу. Назвать ее красавицей было сложно, но, похоже, она привыкла брать не красотой, а умом. Особенно понравились Генриху ее расспросы об Академии. Они и навели на мысль.

Вспомнив одного слишком умного родственничка, Генрих даже прикинул, за кого можно пристроить эту девицу. Если они с Йенсом споются, кузен получит жадную до знаний ученицу, а у малышки совсем не останется времени для того, чтобы лезть в политику.

Любомир будет доволен, что не только княжна нашла пару в королевской семье, перестанет, наконец-то, тревожиться, что Йенс за своей Академией совсем забыл о долге перед родом. «Да, решено!» — мысленно Генрих уже злорадно потирал руки, — «Сегодня же напишу отцу. И тогда тебе, дорогой кузен, не отвертеться!».

Вторая девушка, наоборот, была необыкновенной красавицей. Ее волосы были чуть светлее, чем у княжны, но такого же пшеничного оттенка, заплетенные по вендскому обычаю в две простые косы, они спускались чуть ли не до колен.

Эти косы казались слишком тяжелыми для хрупкой девичьей фигурки. У такой и без королевской протекции не будет отбоя от ухажеров. Вот только щебетала эта красавица без умолку, так что Генриху уже на средине прогулки хотелось ее слегка придушить.

Старшие дамы, сопровождающие княжну, были, похоже, того же мнения. А вот княжна, похоже, вела какую-то свою игру.

Судя по всему, Либуше говорливая девица совсем не раздражала. Скорее, наоборот, если судить по паре лукавых взглядов, которыми обменялись маленькие шкодницы, думая, что кронпринц отвлекся. «Сговорились!» — почти с восторгом осознал принц.

Конечно, сам факт сговора невесты против него радовать не должен. Но как тут не порадоваться, если ему наконец-то представился шанс увидеть настоящую, живую Либуше, а не кукольную княжну, чьи чувства напрочь укрыты завесой этикета.