Наследник пепла. Книга V

— Слышите? — сказал он наконец.

— Что мы должны услышать? — спросил его Тагай.

А я не спешил отвечать. Я тоже прислушался. Никаких звуков. Только хруст нескольких гранитных камней под нашими подошвами на валунах, больше ничего. Возможно, ещё тихий свист ветра, влетающий с другого края ущелья пауков.

— Пауков, — ответил Костя и развёл руками. — Вы слышите? Никакого движения. Как будто тут никого нет, кроме нас.

И здесь я был склонен с ним согласиться. Солнышко, горы, ветер, но никакого движения живых существ.

Тем временем Джузеппе Росси радостно собирал панцири. Он глянул на нас в какой-то момент и остановился.

— А вы что не собираете? — спросил наш спутник.

— Ну, во-первых, мы пока прислушиваемся, — сказал я, — а потом, в первую очередь мы должны расплатиться с тобой. Поэтому все понимают твою ситуацию, ты перевёз семью и тебе нужны деньги.

Тагай даже стал ему помогать собирать панцири и грузить в специальный рюкзак, который тот захватил. Мы же с Костей продолжали прислушиваться, но это совершенно ничего не дало. Никаких посторонних звуков. Такое ощущение, что тут всё вымерло, а мы в тот раз убили всех обитающих в этом месте пауков, а это было бы очень некстати. Да и насколько я помнил, пауков оставалось достаточно, когда мы отсюда уходили во второй раз, так что вряд ли это наших рук дело.

Когда Росси собрал с помощью Тагая все панцири себе в рюкзак, мы двинулись внутрь башни. Совсем недалеко от входа на камне Костя увидел прикреплённую паутину. Он аккуратно отцепил её от камня и начал сматывать.

— Ничего себе, — хмыкнул Тагай, — ты прям как моя бабушка.

— В смысле? — хотел возмутиться Костя, но пока ещё не понимал, чему.

— Да у тебя такие клубки ровные получаются, что такое ощущение, как будто ты всю жизнь этим занимался, — продолжал иронизировать Тагай.

— Ну, с моим отцом, — ответил Костя, — и не такому научишься. Но дело-то всё не в этом. Дело в том, что всё очень подозрительно.

— Что такое? — поинтересовался я и замер.

— Что-то не так, — проговорил, Костя. — Понимаешь, — он указал на клубок, который сматывал в этот момент, — то, что у меня в руке, это сигнальная паутина, то есть тревожная система оповещения, чтобы ты понимал.