Наследник пепла. Книга IV

— Второе, — ответил Костя и сглотнул, полагая, что отец сейчас подвергнет его полному и последовательному допросу на предмет, куда он уже успел так вляпаться.

— Сколько надо? — вместо этого спросил Игорь Вениаминович.

— Два, — сходу ответил Костя. — Один — мне, второй — другу.

И вот уже теперь отец придвинулся к сыну и посмотрел в глаза слишком доверительным взглядом.

— Сын мой, — сказал он. — Ты что такое узнал, что на фоне твоего происхождения понадобилось скрывать особенно тщательно?..

— Пап, — копируя тон отца, ответил Костя.

— Ого! — уважительно кивнул Игорь Вениаминович. — Ладно. Один-то я тебе уже давно приготовил, всё отдать забывал. А второй… Слушай, дай мне пару дней, и всё будет. Просто, поверь, это очень дорогое удовольствие. С другой стороны, если он нужен кому-то из тех, кто сидит в нашей гостиной, то я даже не сомневаюсь в том, что всё возместят.

Костя даже ничего говорить не стал, а просто кивнул. Отец же приобнял сына, что бывало нечасто. В данном случае слова были не нужны.

* * *Когда Костя закончил, мы вызвали экипаж и уехали в академию. Так совпало, что вместе с нами к воротам подъехала карета с гербом модного дома «Империал» на дверце. Я, конечно, сразу узнал его. Тот самый, где одевалась сегодня Ада.

Пользуясь случаем, мы забрали коробки, пакеты и прочее. Ребятам, которые не собирались провожать мою сестру, пришлось это делать, а в дополнение ещё и носильщиками поработать.

Уже в холле, где местные работницы не понимали, как они всё это потащат в комнату к моей сестре, Ада кинулась ко мне на шею.

— Спасибо, Витенька! — произнесла она мне в ухо. — День сегодня был просто обалденный!

Я даже замер, потому что боялся нервного срыва и истерики. А тут вон какая нетипичная реакция.

Мы попрощались и вышли. И только тогда Тагай позволил себе заметить:

— Да уж, лёгкая шизанутость — это у вас, видимо, семейное.

* * *Из докладной записки начальнику Имперской службы безопасности, Светлейшему Князю, Иосифу Дмитриевичу Светозарову:

'… таким образом лекари фиксировали повторную инициацию у мага иллюзий М. в спаренном даре вследствие сильного перенапряжения. Результатом стало овеществление иллюзии магической одарённой особи краснокнижного Пастекусуса Триадуса, в простонародье известного как медведь бурый трёхглавый на театральном представлении.