Наследник для авторитета

– Это не Артур там с новой телочкой? – раздается ленивый тон, кажется, Саида-младшего.

– Что-что? – вскидывает голову Рита и дает ему локтем под дых.

Тот кашляет, сгибается пополам, но по виду ощущение, что он преувеличивает свою боль, скорее подыгрывая жене.

– Вера, кажется, нет? Долго он с ней возится, – добавляет Игнат, на что удостаивается хмурого взгляда Юли, поджавшей скептично губы."

"Он целует ее и приобнимает за плечи. У меня же потеют вдруг ладошки, ускоряется пульс. Стараюсь незаметно вытереть руки о платье и медленно оборачиваюсь в сторону выхода.

Сначала ничего не вижу, глаза бегают туда-сюда, от гостя к гостю. Но затем среди толпы я замечаю ее. Веру. Свою сестру. Изменившуюся, в непривычном для нее наряде. Абсолютно закрытое длинное платье темно-синего цвета, платок на голове, не накрашенное лицо. Моргаю, даже глаза протираю, но картина не меняется.

– Все хорошо? – прижимается ко мне Шамиль, видя мою отрешенность.

– Там… – сглатываю, стискиваю кулаки, чтобы скрыть дрожь пальцев.

– Я не знал, что он ее приведет, прости, – целует меня в оголенное плечо.

– Она… – тяжело произносить эти слова, – в порядке?

Не могу не беспокоиться о ней, все же она – моя младшая сестра. Единственная, родная. Независимо от поступков и отношения ко мне.

– Артур ее не обидит, – говорит после недолгой тишины.

И тут наши взгляды с Верой пересекаются. И в этот момент будто время замирает. Мне кажется, что она смотрит на меня с печалью, затаенной болью и сожалением.

Вот только затем кто-то проходит мимо, загораживая мне ее вид, а когда я снова смотрю туда, больше ее не вижу. Выдыхаю, сердце охвачено тисками, к горлу подкатывает горечь. Сжимаю губы, сдерживая слезы. Рука Шамиля отворачивает меня к себе, прижимая крепко к своему торсу. И эта поддержка мне помогает.

– Спасибо, – шепчу ему одними губами.

Он только улыбается, целует меня в лоб. И меня отпускает, ведь рядом всегда он, мой будущий муж.

Больше за весь вечер, несмотря на ограниченное пространство, с Верой мы не пересекаемся.

В самом конце вечера смотрю на Шамиля и понимаю, что никогда он не будет нежным, как в романах или мелодрамах, что показывают по телевизору. Его любовь – это любовь силы, Зверя. Несгибаемая, сильная, сковывающая по рукам и ногам избранницу. Мне остается это либо принять, либо сломаться. Иного выхода нет. Ведь иначе я потеряю себя.