Нас просто не было. Книга вторая

"

"«Это не ее можно поздравить, а тебя, сукин ты сын!» – хочется кричать, подскочить к нему, колотить в грудь за такие слова. Но я лишь до боли прикусываю язык, чувствуя соленый привкус крови, сдерживаюсь, молчу. Проглотив горькие слова, загнав подальше обиду. Пусть так! Пусть думает, что это Машин ребенок.

Мысленно умоляю подругу, чтобы она согласилась, поддержала это бредовое предположение. И Маша не подводит.

Чуть прочистив горло, краснеет, но твердо произносит:

– Можно.

Олеська, как будто чувствует, что разговoр о ней: возится во сне, кряхтит.

Смотрим вместе с Машей квадратными глазами на дочку,и уверена, что у обеих одинаковые мысли в голове пульсируют.

Спи, девочка, спи! Не смей сейчас открывать свои зеленые глазищи! Одного взгляда на тебя будет достаточно, чтобы даже идиoт понял – Маша и рядом не стояла. Зорин не идиот, он сразу догадается. Сложит два плюс два,и тогда шторма не миновать.

К счастью дочка возится, чмокает губешками и, блаженно вздохнув, спит дальше.

– Милая, – Артём улыбается. Искренне, открыто, а меня ломает, выворачивает наизнанку от абсурдности всегo происходящего, – как зовут?

– Олеся, – тихо отвечает Маша, бросив в мою сторону настороженный взгляд.

– Надо же, – усмехается он.

– Тём, может, познакомишь, - вмешивается в наш разговор темноволосая, которая до этого времени молча стояла в сторонке, подозрительно наблюдая за нашим милым общением.

Не надо нас знакомить! Мне не интересно! Я вообще не хочу знать ни о чем, что творится в его личной жизни.

Только Темка не слышит моих мысленных стенаний,и как ни в чем не бывало прoизносить.

– Легко. Знакомьтесь. Это – Маша, мы вместе в универе учились. Это, - он чуть запинается, переводя напряженный взгляд на меня, - Кристина, тоже учились вместе и... в общем... пф-ф... это моя бывшая жена.

Все его друзья тут же переключают на меня свое внимание, рассматривая как неведомую зверюшку. А я, оказавшись в центре такого пристального внимания, готова провалиться сквозь землю.

Темка тем временем представляет остальных: Сергей, Алёна, ещё один Сергей, Аня. Наконец непредставленной остаётся только темненькая девушка в шапке с дурацким помпоном.

– Α это моя Олеся, - усмехается он, кивая в сторону темноволосой.

Мне будто в упор выстрелили, прямо в грудь, в сердце.