На этот раз – да!

Лодыжка возмущенно протестовала, плечо ныло невыносимо, но Меган не обращала внимания на боль. Если понадобится, она спустится вниз, найдет его, спасет… Уцепившись за края провала, девушка вглядывалась вниз, в темноту, но не видела ничего, кроме каменного профиля сэра Алаздэра Макинтоша. Кита не было видно, и железные пальцы страха сомкнулись на горле девушки…

Когда что-то вылетело из дыры и с грохотом упало возле нее на пол, Меган едва сдержала крик. Но это была всего лишь шкатулка. Следом за ней появился Кит – подтянувшись на руках, он вылез из дыры, мокрый и лоснящийся, словно выдра.

– Я тут! – довольно объявил он. Меган с трудом перевела дух. Серые глаза Кита сияли: – Я обнаружил туннель, ведущий напрямик к озеру! Вот как выдры пробирались сюда. Я и логово их обнаружил. А в туннеле – тайник, которому явно много лет. Там я нашел вот это, в нише, вырубленной в стене!

Даже с ног до головы перепачканный, Кит казался Меган совершенством. Она протянула руку, чтобы стереть с его щеки грязное пятно, изнемогая от желания коснуться его… Однако Кит не отрываясь глядел на свою находку.

– Не открывается, – бормотал тем временем Кит.

Шкатулка была невелика: шириной в ладонь, а длиной – в четыре, не более.

– Похоже, это шкатулка для украшений, – пробормотала Меган. – Женщины в таких хранят свои драгоценности.

– Драгоценности? – живо переспросил Кит.

…Настолько живо, что сердце Меган пронзила острая боль, отдавшаяся эхом в ее многочисленных ранах и ушибах.

– А во фляге не осталось больше виски? – хмуро спросила она.

Кит тотчас с готовностью поднес к ее губам флягу, на которой сверкнул герб Макнабов, словно предупреждая о коварстве виски семидесятилетней выдержки. Напиток обжег Меган язык и устремился вниз по пищеводу, словно жидкое пламя. Достигнув желудка, виски раскрылся, точно огненный цветок, согревая каждую частицу ее тела. Она упивалась ароматами дымка и торфа, окутавшими ее…

– О боже… – только и смогла выдавить Меган, дотронувшись до горла.