На этот раз – да!

Пока Кит возился с застежкой, у Меган возникло такое чувство, будто он делал это уже тысячу раз… На мгновение ей показалось, что они уже много лет женаты. Она чувствовала спиной его близость – и ей больше всего на свете захотелось сейчас повалить его на старый плед с тартаном[10] Макинтошей, по-прежнему лежащий у огня…

– Вполне ли пристойно я выгляжу? – спросила она, пытаясь разгладить безнадежно измятую юбку.

Кит улыбнулся:

– Волосы у тебя спутаны, губы – красные и опухшие. Словом, ты выглядишь так, словно только что поднялась с ложа, где бушевали нешуточные страсти… что, впрочем, вполне соответствует истине.

Меган поглядела на его спутанные светлые волосы, на мятую сорочку и перепачканные сажей бриджи – и сердце ее радостно запело. Никогда прежде Кит не был так хорош, за исключением, пожалуй, того момента, когда стоял перед ней нагой, готовый к любви, глядя на нее глазами, полными жгучего желания. Щеки Меган вновь распылались.

– Нам, пожалуй, пора идти…

Взяв лампу, он бережно повел Меган вниз по ступенькам, крепко держа ее за руку.

Помешкав на ступеньках, Кит поднял лампу выше, и Меган проследила направление его взгляда.

Старинный зал теперь напоминал бурное озеро: повсюду плавали обломки балок и прочий мусор, а вода достигала третьей ступеньки лестницы.

Тихо выбранившись, Кит потащил Меган назад на второй этаж.

– Что ты делаешь? – сопротивлялась она.

– Спасаю тебя, – объявил он, когда они вернулись в спальню.

Он снова подбросил дров в камин, и огонь ожил. А Меган скрестила руки на груди, стараясь не слишком пугаться прибывающей воды и раскатов грома.

– Это больше смахивает на похищение. А вдруг ты решил запереть меня здесь, в замке, на целый год и один день, чтобы пользоваться мной как наложницей? – засмеялась Меган.

Однако, увидев обеспокоенное лицо графа, она смолкла.

– Нам двоим нет смысла выбираться отсюда в бурю.