Муха в самолете

Ира, свободная от обязательств женщина, не испытывала никаких угрызений совести, в конце концов ей просто захотелось мужчину, ну что в этом плохого?

Командированный отбыл домой, а Ира через некоторое время поняла, что забеременела.

Первым желанием было сделать аборт. Малова примчалась к Луизе, рассказала ей о произошедшем и попросила:

– У тебя же есть хороший гинеколог, устрой меня к нему!

Подруга всплеснула руками:

– Ни в коем случае не убивай дитя, тебе его бог послал! Вот я никак не могу родить.

– Я даже не знаю фамилии того мужика, – призналась Ирина, – ни адреса не записала, ни телефона!

– Зачем он тебе, – стала убеждать Луиза подругу, – я помогу поднять девочку.

– С чего ты решила, что у меня появится дочка? – усмехнулась Ирина.

– Не знаю, – ответила подруга, – мне так кажется, и я ей внезапно имя придумала. Вчера на ночь Вальтера Скотта читала, там оно мне и попалось!

Дальше жизнь завертелась калейдоскопом событий, и довольно долгое время подруги были счастливы. Луиза изо всех сил помогала единственной подруге, ставшей для нее ближе сестры.

Ира на сплетни внимания не обращала, ни с кем из деревенских баб доверительных разговоров не вела, и понемногу народ успокоился.

Луиза и Малова подружились еще больше, теперь Ира была в курсе всех проблем подруги, она служила для нее жилеткой и психотерапевтом. Единственная тема, никогда не всплывавшая в их разговоре, – это неуемное кобелирование Марка Матвеевича. Конструктор с возрастом сильно обрюзг и потерял всякую внешнюю привлекательность, но в свою лабораторию по-прежнему набирал только молоденьких, хорошеньких, стройных блондиночек.

"Иногда Ира встречалась с Олей Рыковой, сидевшей до пенсии в лаборатории, и узнавала от той кое-какие интересные новости о нимфетках. Оказывается, одна из них приобрела квартиру, вторая машину, третья вдруг получила якобы в наследство дачу. И Малова поняла – конструктор теперь вынужден покупать любовь.