Можно тебя навсегда

Что за манера ставить на место любого, кто попадается под руку, к месту и не к месту, словно на всякий случай, будто секретарша или уборщица случайно забудут, на кого работают.

– Каждый должен знать!

– Бесспорно, – Богдан ухмыльнулся.

– Вот и ты помни, где твоё место!

– Провалами в памяти не страдаю.

– Тогда встал и пошёл отсюда вон!

– Мне доверенность снова показать? – Богдан откинулся на спинку кресла и посмотрел на отца. Неплохо сохранился для своих шестидесяти. Да, расползся, полысел, обрюзг, но в целом – домашний жирный голубь, не орёл, но тоже тварь пернатая.

– Я, по-твоему, не помню, что ты здесь по доверенности моей звезданутой жены?!

– Ты выражения-то выбирай, – Богдан встал, быстрым шагом подошёл к окну, упёрся руками в подоконник, а взглядом в отца. – Тебе она, может, звезданутая жена, а мне мать."

"– Да какая она мать?! – набрал воздух в лёгкие Павел Петрович. – Воспитала на мою голову! Одна ерундой страдает со своими салонами, месяца не проходит без «папа дай». Вторая такая же «папа дай», то куртку, то туфли, то институт оплати.

– Положим, ночами ты не спал по другой причине, а что и как наработал, покажет аудит.

– Ты хоть понимаешь, какой это удар по репутации компании?

– Я всё отлично понимаю, – Богдан сохранял внешнее хладнокровие, несмотря на единственное желание: послать к чертям всех Усмановых, с отца начать, троюродным пращуром закончить.

За сам факт наличия любовницы Богдан отца не осуждал, понял лет в двадцать, лезть не в своё дело – себе дороже.

– Пойдут слухи, разговоры, всё это неполезно для бизнеса, – шипел Павел Петрович.

– Слухи и разговоры идут давно, с того самого дня, как ты не удержал свой стручок, впихнув Танюшке.

– А вот это не твоё дело!

– Не моё. А внешний аудит – моё.

– Ты поплатишься! – снова громыхнул отец и выскочил, пронесясь мимо перепуганной Алины.

– Алина, кофе, будь добра, – на выдохе попросил Богдан и тихо закрыл дверь в кабинет.

Снова уставился в монитор, в попытке сосредоточиться. Мысли крутились не вокруг ресторанной деятельности, на херу бы он крутил этот бизнес…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 9

Все мысли были в Хакасии.