Морозов. Книга 3

Но последние недели были богаты на события, так что вспомнил я про это предложение только вчера вечером. И хочу поговорить на этот счет с Сергеем Матвеевичем.

Водянова нахмурилась:

— Может быть, мне лучше сначала обсудить все с секретарем их семьи?

Но я покачал головой:

— Шуйский уже дал согласие на встречу. Убью двух зайцев: позавтракаю и обсужу дела.

— Ну, если вы уже обо всем договорились, Михаил Владимирович, — протянула Лилия, и остаток дороги мы ехали молча. Каждый думал о своем.

Петр остановился на парковке возле ""Лодки Шуйских"" спустя пятнадцать минут.

— Спасибо, — поблагодарил я водителя и вышел из авто. Забрал косу и направился к ресторану.

— Сергей Матвеевич уже ждёт вас, — поклонился администратор, едва только я вошел в заведение. — Я вас провожу.

Слуга развернулся и направился вглубь зала. Я последовал за ним.

Шуйский и правда ожидал меня за столом. Перед ним стояла чашечка с кофе.

— Добрый день, Михаил Владимирович, — с улыбкой произнес глава семьи, как только я подошёл к столу.

— Добрый день, Сергей Матвеевич, — ответил я и сел в кресло.

Шуйский сделал глоток кофе и откинулся на спинку кресла:"

"— Рад, что вы приняли мое предложение о совместной работе. В последнее время, дела нашей семьи строятся не очень хорошо.

— Поэтому я и хочу вам помочь, — ответил я. — Мы ведь братство ведьмаков, не так ли?

Шуйский невесело улыбнулся:

— Жаль, что мало кто думает так же, как и вы. Вам подходит ваше оружие. Идеально для образа темного ведьмака.

""Оригинал, дебил""! — не остался в долгу наставник.

Шуйский на секунду недовольно нахмурился. Взял чашечку и сделал глоток.

— Не желаете кофе? — уточнил он. — Как большой фанат этого напитка без ложной скромности могу сказать: здесь варят лучший кофе во всей Империи.

— Спасибо, но я предпочитаю чай, — с улыбкой ответил я и жестом подозвал официанта:

— Можно мне также свежей корюшки и хлеба с тмином.

Парень кивнул и мигом исчез. Я же обернулся к Шуйскому:

— Итак, давайте обсудим совместное дело. У нас на примете есть одна проверка. Скажем через четыре дня. Раньше я не могу, потому что…

Я замялся, словно раздумывая, стоит ли говорить дальше.

— Что? — уточнил Шуйский, делая глоток кофе. — Можете мне сказать, княжич. Я сохраню вашу тайну.

— Буквально накануне, служба Синода попросила меня посетить особняк какого-то промышленника. Там остался домовой.