Моя (не) родная

О чём мы вообще разговариваем?! Данил, ему шесть! Шесть, а не шестнадцать!

– Я сел за руль в восемь, – как ни в чём не бывало ответил он.

– С дурной головой и не то можно сделать. Видимо, в восемь ты и отшиб себе мозги.

Если бы в этот момент не решалось важное для Мирона дело, он бы прыснул от смеха. А так сдержался, хоть смешок у него и вырвался. Ничего мне не сказав, Даня подмигнул ему. Костыль ему заменила аккуратная трость. Опираясь на неё, он пошёл ко входу в обход касс. Мирон забежал вперёд и в нетерпении остановился.

– Я запрещаю тебе, слышишь? – зашипела я, дёрнув Даню за руку. – Одно дело покататься, другое – сажать его за руль. Это он сейчас с тобой, а что, если ему придёт в голову прокатиться без тебя?

– Начнём с того, что без меня никто не даст ему машину, – остановившись, сказал Даня. Вдруг он коснулся моего плеча. – Агния, я знаю, что делаю.

– Не уверена в этом.

– Лучше его научу я, чем кто-то другой. По крайней мере, объясню, как что устроено. У него мозги круче, чем у меня, завёрнуты.

Я тяжело вздохнула. Посмотрела на сына. Тут Данил был прав. Но соглашаться я не хотела.

– А если я соглашусь, чтобы ты научил сначала меня? – спросила я и поджала губы.

Судя по лукавому блеску в глазах Данила, примерно этого он и добивался. Вот же расчётливая сволочь! Но идти на попятную было поздно. Я дерзко вскинула голову, линия губ Дани изломилась."

"– Замётано, – он взял меня за подбородок, провёл большим пальцем по нижней губе и отпустил.

– Пеппи! – раздался оклик сына. Я повернулась и увидела миниатюрную девушку с хвостом на затылке. Мирон, не спрашивая, бросился к ней.

– Это ещё кто?

– Пеппи, – отозвался Даня. – Вернее, Марго. А если ещё вернее – один из кусочков прошлого, который я собираюсь сделать настоящим.

Я нахмурилась.

– Если что, она замужем. Ничего личного, Рысь, – лицо его стало серьёзным. – Но с компанией отца я закончил. Жизнь – слишком короткая штука, чтобы провести её в чужой шкуре.

Данил

Сидящая за рулём карта Агния была тем ещё испытанием. В первую очередь потому, что, как выяснилось, проще научить обезьяну вычислять логарифмы, чем её – водить. Это стало ясно уже на первом круге. Но сам процесс был занимательным, так что мы продолжили.