Моя (не) родная

 – Двумя пальцами он помассировал мне шею, поднялся чуть выше, к линии роста волос.

От удовольствия я прикрыла глаза. Внизу живота было тепло, между ног щекотно и влажно. А Данил всё продолжал массировать мне то шею, то затылок.

– Ещё немного, и я никуда не пойду, – сказала я совершенно серьёзно, хоть и с придыханием.

Уголок его губ дрогнул, рука резко пропала. В разочаровании я подняла веки. Данил указал мне на дверь.

– Тогда не будем рисковать. Красное сухое, запомнила?

– Папа Данил, – в кухне появился Мирон.

– Да так, – нехотя, Даня отпустил меня. Опёрся на костыль. – Иди сюда. Помогать будешь. А мама пока сходит в магазин.

* * *Выбирая вино, я не могла отделаться от охватившего меня рядом с Даней жара. Французское не понравилось мне из-за сортов винограда, испанское тоже. В итоге выбор пал на африканское, с нотками банана. Расплачиваясь, я выронила карточку, едва не просыпала мелочь.

– Извините, – сказала я, когда на ленту с прилавка у кассы упала шоколадка, и, добавив к ней ещё несколько маленьких, попросила пробить и их.

Кассир, молодой мужчина с орлиным носом, заинтересованно посмотрел на меня. Я заметила, как взгляд его упал на мою руку.

– Сын очень любит сладкое, – мгновенно охладила я его интерес и для убедительности добавила: – Весь в своего отца."

"Смотреть на мою руку кассир перестал, пробил покупки, выдал чек, на этом всё и закончилось. А мне вдруг стало так хорошо, как не было давно. Каким бы ни был мир, на женщину, в одиночку растящую сына, он всё ещё смотрел с сочувствием, жалостью и неким осуждением.

Про рулет я вспомнила, только когда увидела вывеску кондитерской. За стойкой стояла молоденькая продавщица.

– Вы сегодня без сына, – заметила она, заворачивая рулет в крафтовый пакет.

– Они с папой ужин готовят.

Девушка улыбнулась, я тоже не сдержала улыбку.

Домой меня словно крылья несли. И я даже знала, какие у этих крыльев имена: Данил и Мирон.

Первым мне навстречу выбежал Мирон, за ним чёрный забияка, в завершение – хромающий Данил, причём без костыля. Я остановилась рядом с дверью, они трое – напротив. Всего миг перед тем, как всё разом пришло в движение. Котёнок ловко вскарабкался на новенький кошачий комплекс.

– А что ты принесла? – бросился ко мне Мирон.