Моя (не) родная

Он хмыкнул. Отпустил меня, и мы прошли в дом. В кухне беспорядка было больше. Не задерживаясь, мы прошли в зал и остановились возле камина. Я хотела обуться, но подумала, что в спящем доме стук каблуков выдаст нас, и просто поставила туфли на пол.

– Хочешь шампанского? – спросил меня Данил."

"– Хочу, – отозвалась я.

Через несколько мгновений Данил вернулся с бутылкой. Снял с горлышка фольгу и размотал проволоку. Вылетевшая с хлопком пробка ударилась о раму отцовской картины, и та покачнулась. Данил озорно усмехнулся, а я покачала головой.

– Можешь сходить за бокалами, если хочешь, – он подал мне открытую бутылку.

Я качнула головой и сделала глоток прямо из горлышка. Сладость шампанского моментально растворилась в терпком, с привкусом дыма поцелуе.

– М-м-м, – я прикрыла глаза, потёрлась о Данину щетину и легонько укусила его за подбородок.

Пиджак соскользнул с плеч и упал поверх туфель. Секунда – и я оказалась вплотную прижата к Дане. С губ слетел новый стон.

– Ты опять меня хочешь, – заключила я с тихим смешком.

Пах его был таким твёрдым, что тут же меня и саму охватило желание.

Данил отстранился, но лишь настолько, чтобы он мог посмотреть мне в глаза.

– Я не переставал тебя хотеть.

Он провёл пальцами вдоль выреза платья у меня на спине. Я затаила дыхание. Посмотрела на дверь, снова на него.

– Кто-то может… – он забрал у меня бутылку. Сделал несколько глотков и поставил на камин. Обхватил мою голову ладонями и без предупреждения впился в мой рот.

– Даня, – шепнула я сквозь поцелуй.

Ему было плевать. Он продолжал целовать меня, и его язык так настойчиво исследовал мой рот, что я забыла обо всём на свете. Я оказалась объята пламенем, выбраться из которого не могла. Оставив дорожку из поцелуев на моей шее, Данил спустился к моему плечу и коснулся его губами. Я попыталась возразить, но тщетно. Толчок – и я рухнула вниз, едва успев ухватиться за руку Данила и потянуть его за собой.

– Ты это нарочно, – возмутилась я, но раздражение тут же растворилось в стоне, стоило Данилу коснуться моей груди.

– Именно, – он поцеловал меня в щеку. Провел по коде зубами, затем языком. – Мне понравилось укладывать тебя на лопатки.

Он снова накрыл мои губы своими. Задрал вверх подол платья и стянул с меня трусики.

– Завтра же ко мне переедешь, – заявил он тоном, не терпящим возражений. Опустился к груди, коснулся соска сперва губами, затем языком.

– Обойдёшься, – я запустила руку в его волосы, выгнулась ему навстречу.