Моя капризная леди

Следом за сестрой стремглав унеслась Джиневра. Только Эйла держалась. Она бледнела, прижимая к себе упырекурицу, издавшую противное: «Кве-ке-ке», но упрямо стояла на месте.

Наши взгляды встретились, а после шангрийская нахалка гордо задрала нос и все-таки отступила.

— Данмарская ведьма! — цыкнула она.

— Малолетняя хамка! — огрызнулась я и вздрогнула, когда дверь с грохотом захлопнулась.

Неодобрение на лице Магды вызвало бурю негодования душе. Захотелось сразу же возмутиться на случай, если гномка вздумает меня учить.

— В чем дело? — не выдержала я, когда две девушки скрылись в купальне.

Игнорируя вопрос, гномка начала раскладывать шелковое платье голубого цвета с завышенной талией и широкими рукавами, отделанным кружевом. Мне удалось заметить, что Магда достала наряд из гардеробной.

Подойдя ближе, я коснулась гладкой ткани атласа, разглядывая изящный узор из серебристых нитей, которые украшали лиф. Явно ручная работа мастера. Скорее всего, феи. В этом я почти не сомневалась. Эбигейл, швея моей кузины, трудилась в похожей технике. Обычно к таким нарядам предполагался корсет, однако вместо него неподалеку легла одна нижняя рубашка из тончайшего батиста.

Прекрасная вещь, хоть и немного устаревшая на вид.

— Чье это платье?

Еще не хватало получить в дар вещи любовницы лэрда или Терлака!

— Леди Розали, — отозвалась Магда, и я с изумлением повернула голову. — Ваши платья вчера привели в порядок, но вряд ли вам захочется выйти к столу в одном из них.

Это правда. У воспитанной леди обычно не меньше сорока платьев на сезон. Утро, обед, вечер —- все, не считая еще с десяток повседневных туалетов для прогулок верхом, домашнего чаепития и выходов в свет. А у меня лишь три и все дорожные.

Осознания сего неприятного факта пронзило стыдом женское нутро. Наверняка управляющая решила, что перед ней нищая невеста господина, которая нуждается в подачках со стороны. Захотелось даже гордо отказаться от предложенных вещей, но как только Магда вытащила на свет накидку — передумала. Непроизвольный вздох восхищения сорвался с моих губ, едва я увидела эти великолепные ленты, серебрянную застежку в виде бутона розы, и провела ладонью по мягкой ткани.