Мой лучший враг

Ослабляет каменные объятия, но хватает меня за руку и тащит прочь из холла. Выглядит, будто он совсем не выбирает направление, но путь «удачно» сводит нас с Альнаром и Глорией.

– Что происходит? – голос брюнетки – такой, что им можно остановить лошадь. С внезапно истеричными нотками.

– Ты все пропустила, одногруппница, – Рейм ухмыляется ей как очередной знакомой, не больше. – Тут все обсуждали наш союз с Лудар.

Стихии, дайте сил.

Я слишком жадно впиваюсь взглядом в лицо Альнара. Кажется, что вокруг виснет тишина.

Парень моей мечты моргает. Может, бледнеет – или мне хочется это увидеть? Взгляд перескакивает с меня на Рейма и обратно. И снова.

– Келли?

Все это похоже на вчерашнюю сцену, только наоборот. Неужели ему тоже сейчас неприятно? Неужели есть шанс, что ему хоть отчасти так же больно, как было мне?

И хочу ли я делать ему больно?

– Твой зад я тоже надеру, Тео, – невинно заявляет Рейм. Но мне вдруг кажется, что в его беспечном голосе – куда больше угрозы, чем было раньше.

Я еще несколько секунд смотрю на парня своей мечты. Губы Ала двигаются, но он так и не находит слов. Глория издает какой-то гортанный звук, но раньше, чем она успевает опомниться, Рейм тянет меня дальше.

И я поддаюсь – оставляю эту парочку почти с радостью.

Мне кажется, что спину еще сверлят десятки острых, недоуменных и злых взглядов, когда мы уходим.

– Где твое кольцо? – «Избранник» замедляется в коридоре.

– В кармане. – Стоит вспомнить, и ободок жжет кожу сквозь ткань.

– Надень сейчас же. – Суженные голубые глаза возвращают меня в реальность. Напоминают, к счастью, что все это – лишь игра и наша вражда с высокородным гадом остается привычно-надежной.

– Спасибо, что предупредил обо всем заранее, придурок.

– Обращайся.

Но как бы там ни было, наше первое представление удалось.

Глава 4

– Это чуть лучше, чем выглядит со стороны, Тал.

Подруга подозрительно косится на меня. Вот уже две минуты – пока я выбираю тихое место в коридоре.

– Что лучше? Ты и Рейм! – ахает она наконец. – Стихии милостивые, как?

Я в очередной раз понимаю, что это самая тяжелая часть договора – бессовестно притворяться. Четыре счастливых года у меня не было секретов от Талии. А теперь я должна придумать, как объяснить ей все.

Хочу сказать правду, но не уверена, что могу.