Мой любимый враг

— Кто-нибудь смеет оспорить мое право на казнь Алы Месолье? — голос Воилы звучал беспристрастно. Госпожа осмотрела присутствующих, те отрицательно замотали головами, и женщина добавила: — Подготовьте тело к сожжению на алтаре. Ала была преступником, но убийцей стать не успела, к счастью."

"Я непроизвольно дернулась, когда Воила двинулась в мою сторону, и страх липкими щупальцами сковал сердце. Госпожа Бомаль злилась, но в то же время в ее глазах можно было увидеть ужас из-за произошедшего.

Может быть, она не так уж и холодна к детям, раз переживает? Впрочем, как тут не переживать — если бы не вовремя подоспевший лекарь, трупов было бы больше.

— Амели де Согне, от лица дома Бомалей и от меня лично приношу свои извинения за доставленные неудобства. Я не имела права решать твою судьбу без расследования, но все же сделала это.

— Вы защищали своих детей, это нормально, — перебила я ее. Воила поджала губы и кивнула.

— Я испугалась. Эмоции — непозволительная роскошь, и я им поддалась, за это мне нет прощения.

— Все в порядке, госпожа Бомаль, я не держу на вас зла, — попыталась улыбнуться, но вышло криво. На Воилу я не злилась, но перед моими глазами все еще лежало тело горничной, и если представить, что это могла быть я…

— Рой рассказал мне, что произошло за завтраком. Ты вынесла блины, положила всем варенье и вела себя, по его словам, очень мило. Потом Мисти упала… А после у всех детей заболели животы. Обморочное зелье вызывает приступ паники, мгновенное несварение, а через полчаса — смерть.

Нам повезло, что ты оказалась рядом.

Ответить ей мне было нечего, я только пожала плечами и поднялась на ноги. Неудобно как-то сидеть перед госпожой, когда она стоит.

— Я хочу предложить тебе место гувернантки, Амели. Подумай и, если ты захочешь, дай знать.

Воила на секунду отвела взгляд, увидела Алу и скривилась. А после… кивнула. Кивок означал лишь то, что госпожа Бомаль признала во мне кровь аристократов, то есть — почти равной себе, если бы она была человеком.

Конечно, мы сейчас на разных социальных уровнях — человечке никогда не возвыситься в глазах дракона, но она мне кивнула! Это заметила и Эмелисса. Экономка даже плакать перестала, а когда Воила скрылась в доме, бросилась ко мне с открытым от удивления ртом.

— О чем вы говорили?

— Мне предложили стать гувернанткой, — неуверенно ответила я, до конца не осознавая, что это правда.