Мой личный ад

Единственное, чего он сейчас хотел — это напиться до беспамятства, чтобы слова Хелл, ее лицо, ее ненавидящие глаза прекратили преследовать, оставили его в покое.

Глава 11. Кулак в крови

Ваши глаза так сверкают желаньем мести,

Против и за: ваша Честь и мое бесчестье,

Как же давно размотали боги эту нить,

Только вино одно это велит забыть.

Когда б на то случилась ваша воля,

Гореть бы, верно, мне на медленном огне…

Вы ненавидите меня — до боли,

И это весело вдвойне.

Канцлер Ги — R-R

Хелл видела, как Бен уходит из шумного зала, прихватив бутылку коньяка.

И ее не радовал этот молчаливый протест. Она собиралась устроить для него шоу с поцелуями и танцами, хотела смотреть через плечо Кена в глаза своему любовнику, чтобы читать его эмоции. Будет он равнодушен или доволен, зол или весел? Но Бен лишил ее этого удовольствия. Он просто ушел, оставив Хелл наедине с Кеннетом.

Чувствуя горечь разочарования напополам с неудовлетворенностью, Валькирия почти залпом проглотила коктейль, а потом и второй. Ей не хотелось ни танцевать, ни тусоваться.

Без Бена все вдруг потеряло смысл. Хелл нуждалась в зрителе, который не пожелал смотреть ее концерт.

— Детка, второй стакан за час. Ты опьянеешь, — подметил Кеннет.

— Скучно, — пожала плечами Хелл, чувствуя, как алкоголь кружит голову.

— Пойдем танцевать.

— Неохота.

— Боже, что это с тобой? — весело встревожился Командир Ястребов. — Не заболела?

— Музыка не моя, — скривилась Хельга. — И слишком много Москвы. Угнетает."

"— Понимаю, — согласился он. — Если хочешь, можем уйти.

Откровенно говоря, я был бы рад.

Кен прижал ее к себе, целуя с жаром и обещанием продолжения банкета в номере гостиницы.

— Хочу тебя, красавица, — горячий шепот обещал ей много секса. И, в общем, сейчас было бы кстати забыться в умелых неистовых ласках Артура.

После Севера он всегда вытрахивал из нее дух вон, выплескивая таким образом остатки агрессии, злости и гнева. Это был некий ритуал, после которого Кеннет мог снова стать Артуром. Уравновешенным, циничным, расчетливым Артуром Савицким.

— Поехали, — только и простонала Хелл ему в губы.

Она ненавидела извращенное чувство удовлетворения, которое испытала, поняв, что поимеет и Кена и Бенедикта за одну ночь. Это было грязно и неправильно, омерзительно и пошло, но Хелл игнорировала здравый смысл и остатки морали, сосредоточившись на перспективе качественного секса.

Кеннет тянул ее через толпу, бесцеремонно расталкивая всех, кто стоял на пути к выходу. Хелл хихикала, семеня за ним.