Мое жестокое счастье, или Принцессы тоже плачут

 – У мамы возьмешь! – Захлопнув дверь перед самым его носом, она, не дожидаясь лифта, побежала по лестнице вниз.

Зима никак не желала становиться нормальной сибирской зимой, постоянно удивляла то резкой оттепелью, то снегопадом и заморозком. Сегодня под ногами чавкало и хлюпало, посыпанный специальной смесью снег растаял и напоминал грязно-серую кашу. В такую погоду и люди выглядели какими-то серыми, съежившимися. На остановке находилась толпа, автобусы ходили редко. «Да что ж такое-то, – с досадой подумала девушка, напряженно вглядываясь в ту сторону, откуда должно было подойти маршрутное такси.

Переодеваясь в персоналке в костюм, Алена поймала на себе взгляд напарницы Таньки.

– Опять? – с сочувствием спросила она.

– Ой, Тань, давай не будем! Свекровь меня все утро полоскала, и ты еще!

– Слушай, ну наберись ты смелости и вали от него! Дураку ясно, что дальше будет только хуже. – Танька красила перед зеркалом свои пухлые губы, тщательно накладывая помаду кисточкой. – Посмотри, на кого ты похожа, ведь ужас! Красивая, стройная, интересная – а выглядишь дешевкой, ей-богу, да еще и постоянно в синяках! Ты вокруг-то оглянись, на тебя ведь вся ординаторская облизывается, и не только наша, между прочим!

– И что? Начать соглашаться на каждое предложение? Проблем-то не убавится, скорее наоборот, меня тогда Вадька точно пришибет.

"– А ведь я тебе говорила, не бери его с собой. Вечно ты в Тулу со своим самоваром! Любовь, блин! – фыркнула Танька, убирая помаду в косметичку.

– Господи, да какая там любовь! Мне идти некуда, ты ведь знаешь! Любовь! – Алена возмущенно передернула плечами. – Пойду я накрываться, а ты старшей шепни, что я на планерку не выйду – куда с такой мордой?

– Хорошо. Ты дежуришь сегодня?

– Да, полторушка.