Место под солнцем

Он не одобрял старые варварские методы воспитания и постоянно конфликтовал с учительским коллективом.

— Она ведет себя вызывающе! — кричала шестидесятилетняя математичка. — Она срывает уроки! Красит ногти не стесняясь, когда я объясняю новый материал! Она красит ресницы в четырнадцать лет! Она развращает других!"

"— Ресницы я не крашу. У меня они от природы такие, — спокойно произнесла Маргоша, — и никого я не развращаю. Просто вы, Зинаида Дмитриевна, плохо относитесь к девочкам. Особенно к красивым. Да, нехорошо красить ногти на уроке.

В этом я с вами согласна, вину свою признаю полностью. Извините. Но в остальном вы не правы.

— Замолчи, дрянь такая! Выйди вон! — Учительница крикнула так громко, что сорвала голос, хрипло закашлялась.

— Да, Крестовская, — поморщился директор, — выйди и подожди в коридоре.

— Таких надо гнать из школы! — сипло зашептала учительница, когда за девочкой закрылась дверь. — Совсем распустились! Озверели! Никакого уважения.

— Ну, уважение надо заслужить, — медленно проговорил директор, — и нельзя так кричать на детей.

Да, девочка ведет себя несколько вызывающе, но вы сами провоцируете, унижаете ее. У них сейчас сложный переходный возраст, нельзя об этом забывать. Вам, кстати, сколько до пенсии осталось?

Учительница опять покраснела, потом побледнела. Ей нисколько не осталось до пенсии, уже пора было. А на пенсию разве проживешь? И школа эта в двух шагах от дома. О Господи, что за времена!

Времена действительно наступили странные, непонятные. Шел 1988 год.

Двум девочкам, Маргарите Крестовской и Ольге Гуськовой было по четырнадцать лет. С первого класса они сидели за одной партой.

Дотошвили Нодар Ираклиевич по повестке в прокуратуру не явился. Все его телефоны упорно молчали. В квартире было пусто.

— Что же он самого себя гробит? — Следователь Евгений Николаевич Чернов тяжело вздохнул и взглянул на часы. Свидетельница Рыкова Елена Федоровна, то бишь стриптизерка Ляля, должна была явиться на допрос через десять минут.

— Ну что, Князя в розыск объявляем? — спросил майор Кузьменко.

 — Или погодим пока?

— Пожалуй, погодим. Посмотрим, что Ляля скажет.

Ляля явилась минута в минуту. На ней был строгий костюм, прямая юбка до колен, пиджак. И косметики в меру, и волосы скромно зачесаны назад, собраны в хвост. В общем, серьезная деловая дама. Никаких излишеств, ни капли кокетства.

— Когда в последний раз вы видели Нодара Дотошвили? — спросил Чернов.

— Два дня назад, — лаконично и честно ответила Ляля.