Медведь

Я подумаю, как это лучше сделать, – успокоил ее хозяин, натирая куски мяса какими-то травами и выкладывая на железный лист.

– Послушайте, я заранее извиняюсь за любопытство, но что вас заставило забраться в такую глушь, спрятаться от людей? Я смотрю, – продолжала Марина, – вы такие книги читаете серьезные, вроде, цивилизованный человек. Что подвигло вас на отшельничество?

– Я так живу с детства, привык. Да по-другому у меня и не выйдет. А книги эти, я уж все наизусть знаю, – нехотя ответил Петр, вороша угли в печи.

– Так почему бы вам иногда не выбираться в район за новинками? И хлеба бы с солью, и чего другого купили, одежду, например, – не унималась девушка, – денег нет? Забейте кабана и продайте, вам на все хватит.

– Одежда у меня пока есть, за два года я еще не все износил, да в лесу её много-то и не нужно, а к такой еде привык. Вот чего не хватает, так это действительно книжек, вообще информации, – посетовал Петр.

– Почему за два года? Вы сказали, что так всю жизнь живете! – пытала его Марина.

– Так и живу всю жизнь, мать умерла два года назад. Она все покупала, а я здесь оставался, так всегда было, с детства, – Петру явно не очень нравилась тема разговора, но тем не мене, он был с гостьей терпелив."

"– Что же это за мать-то такая! – возмущению Марины не было предела, и она не заметила, как перешагнула черту, за которую вход воспрещен, – собственного ребенка растить, словно Маугли в джунглях, вот последствия такого эксперимента – человек дичает на глазах…

– Замолчите! Это не ваше дело! – рявкнул мужчина, не дав Марине закончить обличительную речь, – моя мать была прекрасной женщиной, – и без того чёрные глаза хозяина сделались просто угольными, того и гляди искры полетят, – И закроем этот вопрос! Не то, пойдете гулять по лесу!

Марина обиженно замолчала, а Петр выскочил в сени, громко хлопнув дверью.

– Может, уберем скатерть со стола? Боюсь испачкать. Я заметил, какую красоту вы здесь навели, – пошел он на мировую, – мне нравится, но я от этого отвык.

– Вот и продолжайте в том же духе, скоро отвыкните от всего человеческого! – все еще обижаясь, пробурчала Марина.

– Наверное, так и будет, – вздохнул печально Петр, – а пока, давайте ужинать.

Когда с едой было покончено, хозяин достал с полки коробку с шахматами и принялся расставлять на доске фигуры.