Медовый месяц с чужой женой

Окинул меня заинтересованным взглядом и хмыкнул: — Если так…"

"Он отступил, а я быстро запахнула кимоно и выдохнула с некоторым облегчением, едва не спалившись. Я не знала, сколько протянет моя ложь, но рассказы о жене Дорогова давали маленькую надежду. Говорили, что он притащил в город наивную девушку из деревни, женился на ней, только чтобы наследника подарила, а как родила, ни разу к ней не прикоснулся, издевался, травил, бросал своим «псам» на забаву… изверг! Женщина для него либо инкубатор, либо кукла из секс-шопа.

— Это твоя комната, — покачнул головой Дорогов. — До родов, если подтвердится беременность, и ребенок от моего сына, будешь жить здесь, а после… — на лице его вновь возникла зловещая усмешка, — мы вернёмся к нашему разговору.

Глава 65. Макс

Гокудо (примечание: члены якудза), похожие друг на друга, как братья и кровные родственники, выстроились клином. Все они до зубов вооружены, огнестрелами и калеными мечами, но обнажены по пояс, и на груди у каждого горела эмблема: непонятный мне иероглиф в полосатом круге, что напоминал солнце.

Федя направил меня в самую численную группировку, уточнив, что именно с ними связан Дорогов. Оставалось только выжить…

Вперед вышел приземистый колоритный японец: бритоголовый и здоровый в плечах и груди, как горилла. От одного взгляда на этого азиата у меня в жилах застывала кровь, но я пересилил себя.

— Коничивва (с японского: хорошего дня), — сказал я спокойно, сложил руки чуть ниже пупка, как учил Федя, и, опустив глаза, поклонился.

На лице главаря не дрогнул ни один мускул. Он не склонился передо мной, а продолжал рассматривать. После его короткой команды двое из клина вышли навстречу и облапали меня на наличие оружия. Я не дурак идти на встречу с пистолетом, чтобы лишиться головы на подходе, не успев сказать и слова.

— Американец? — спросил на английском главный, когда гангстеры отступили от меня, так ничего и не найдя. Только выпустили рубашку из брюк и расстегнули пиджак. Я аккуратно поправил одежду, сдерживая и раздражение, и нервозность, забрал мобильный, который один из приспешников успел дернуть из кармана, и бросил его на место.

— Русский, — твердо сказал я. Врать нет смысла: они проверят все связи и корни.