Меч ислама

Феруццио был босиком, но держался с достоинством, сознавая важность своей новой должности.

— Если этот ветер продержится, — сказал он, — завтра утром мы подойдем к Мальте. Если же переменится, то мы будем там не позже завтрашнего вечера.

Просперо спросил, куда делся Драгут.

— Его флот еще раз повернул на запад за два часа до восхода солнца. Этого Просперо не ожидал, потому что, согласно последнему заявлению Драгута, в его намерения входило сразу же отправиться к Золотому Рогу, чтобы без промедления присоединиться к Барбароссе.

Ясно, что он изменил свое решение и, как предполагал Просперо, должно быть, двигался теперь к Алжиру, чтобы там пополнить свой флот новыми судами.

Но эта догадка была верной лишь отчасти. В действительности Драгут решил отправить в Алжир только одну галеру, чтобы та, захватив подкрепление, следовала за ним в Стамбул. Однако у Синана было другое предложение.

— Разве ты хочешь уйти из этих вод теперь, когда их берега остались без охраны? — спросил он Драгута.

Но тот не понял его, и хитрый евнух пустился в объяснения: — Когда по воле Аллаха этот проклятый собачий сын стоит перед Джербой со всей своей армадой, теша себя дурацкими надеждами, что может помешать нам напасть на неверных? Разве ты можешь предстать перед верховным правителем с пустыми руками, когда так легко захватить богатую добычу? Ты что, не понимаешь, что Аллах посылает нам редкую удачу?

До Драгута дошло, и он почувствовал себя уязвленным. Синан, этот неполноценный, скопец, указывает ему, как должен поступить настоящий воин.

Поэтому он и повернул на запад, чтобы донести слово пророка до романских берегов, не забыв, однако, по пути заглянуть в Алжир за подкреплением.

Такое не приходило Просперо в голову. Он не мог и предположить, что Драгут, едва избежав разгрома, будет способен думать о чем-то, кроме поспешного бегства и спасения своей шкуры, а для этого ему надо было скорее присоединиться к Барбароссе. Просперо очень удивился тому, что Драгут заходит за подкреплением в Алжир.

В этот миг из кают-компании вышла Джанна. Спокойная и уравновешенная, она была в темно-сером платье, уцелевшем, несмотря на все передряги.

Феруццио сразу же ушел отдавать распоряжения насчет завтрака. Просперо остался с Джанной. Он объяснил, где они находятся, и высказал надежду, что к утру будут на Мальте. Джанна очень серьезно взглянула на него, и Просперо понял, что в ней пробудились уснувшие было страхи.