Мастер порока

Когда, наконец, малышка уснула, мы с Ангелиной тихонько покинули детскую, и я проводила женщину до лестницы.

— Первое время Вика будет тосковать по вам — к сожалению, это неизбежно, — сочувственно произнесла она перед тем, как попрощаться. — Но в этом возрасте дети еще очень быстро забывают свои привязанности. Скорее, вам намного сложнее будет пережить расставание, чем ей. Подумайте насчет моего предложения.

Я сдержанно кивнула, и, пожелав доброй ночи, поспешила уйти в свою комнату. Плотно прикрыв за собой дверь, сползла вниз по стене и дала волю слезам.

В груди болело невыносимо, и сколько бы слез не катилось по щекам, легче никак не становилось. Ангелина была права — мне будет сложнее справиться с этим, чем Вики. Я слишком сильно успела её полюбить! И неизбежность скорой разлуки вызывала нестерпимую душевную боль. Мысли о том, что она будет счастлива в новой семье, что все это для её же блага — не помогали.

В какой-то момент я окончательно осознала, что это не пройдет для меня бесследно.

Несмотря на все обстоятельства Марка, объясняющие его намерения, я никогда не смогу по-настоящему принять его решение! Не смогу смириться с ним. Даже если Ангелина и её супруг самые замечательные в мире люди…

Горше всего было понимать, что Марк уже не изменит свои планы. Он ясно дал понять это, попросив принимать его таким, каков есть. И я бы наверняка приняла, будь у нас другие отношения! Но я не могу изменить себе.

Любовь в моем представлении всегда неизбежно вела к семье и рождению детей.

Ведь это и есть счастье, это — смысл жизни! А к чему приведет нас с Марком моя любовь к нему? Что нас ждет?..

Утерев слезы тыльной стороной ладони, я поднялась с пола и отправилась в ванную. Умыться, привести себя в порядок. На сердце неподъемным грузом давил камень, но плакать больше не хотелось. Я приняла для себя решение и собиралась исполнить его в ближайшее время.

33

Решительно покинув свою комнату, я спустилась по лестнице и зашагала в направлении кабинета.

В силу своей страсти к работе, Марк никогда не ложился в постель так рано, поэтому я была уверенна, что застану его именно там. Звонить — намеренно не стала. Побоялась, что он может отказать, сославшись на занятость, или я сама проявлю малодушие, услышав его голос, и отложу этот разговор….

Вопреки моим ожиданиям кабинет оказался заперт, и на стук в дверь никто не отозвался. Тогда я без промедления направилась к стеклянным дверям уже знакомой лаборатории.