Маска Зорро (СИ)

Изабелле этот процесс давался несравненно легче, чем ее несчастной подруге сразу по трем причинам. Во-первых, она начала заниматься на два часа позже, поэтому ее голова была относительно свежа. Во-вторых, она уже имела богатый опыт изучения иностранных языков, что теперь давало ей огромное преимущество в скорости восприятия и усвоения информации, ведь для Кери испанский язык был всего лишь вторым иностранным языком после французского, а для ее подруги – уже четвертым. И, в-третьих, само происхождение Изабеллы позволяло ей не задумываться о произношении, интонации и артикуляции.

Это была ее родная речь, и она высочайшими темпами вставала в ее сознании на правильное место.

Фрейлине же только оставалось всегда находиться в сильнейшем сосредоточении и стоически переносить все тяготы студенческой жизни."

"Оценив объем изученного материала, Рикардо около семи часов вечера не преминул доставить себе удовольствие и устроил своим подопечным контрольную. Он рассадил своих учениц по разным сторонам стола и, не смотря на протесты, отобрал у них все записи и заметки.

Девушки, дрожа от ужаса, как осиновые листы, попросились выйти в коридор, чтобы проветрить голову перед последним на сегодня испытанием и, получив в ответ суровое согласие, вылетели из зала, не касаясь пола.

- Изабелла! – едва ступив за порог, прижала подругу к стене Керолайн. – Мне же нельзя ошибаться! Он подумает, что я ничего не соображаю! Что делать?!

- Кому здесь однозначно нельзя ошибаться, так это мне! – зашипела в ответ Изабелла.

– Он же мне жизни потом не даст – будет говорить, что я собственной речи не знаю!

- Может, успеем написать шпаргалки? – с надеждой заскулила фрейлина.

- Все записи остались в зале.

- В библиотеке что-нибудь найдем.

- Как ты собираешься ими воспользоваться? Он будет ходить между нами, как цербер.

- Ой, я боюсь.

- Давай ты скажешь, что плохо себя чувствуешь.

- Он вообще ни на что не обращает внимания. Я уже все перепробовала.

Фрейлина была права. Сегодня она впервые не увидела ни тени сочувствия во всегда столь нежно смотрящих на нее глазах. Она уже прибегла ко всем своим обычным женским ухищрениям – от томных вздохов до почти всамделишных обид, но результат был одинаков. Рикардо оставался непробиваем, и это повергло Керолайн в совершеннейший ужас. Ее самый страшный сон превратился в реальность – Линарес мог оставаться равнодушным к ее чарам, а она к его – нет.