Маска Зорро (СИ)

- Она все еще прячется, – молодой человек запустил руку ей в волосы и придержал голову.

- Но она, словно, была рядом, – прошептала девушка, пытаясь отодвинуться назад. Она, как и тогда, уже не видела ничего кроме его зеленых завораживающих глаз…

- Ты быстро учишься.

Сердце чуть не выпрыгнуло из груди.

- Чему?

- Всему.

Она закрыла глаза, чувствуя, что теряет землю под ногами.

- Потому что мой учитель – Вы… – прошептала Изабелла, исчезая в его жарких сильных объятиях и плавящем сознание дыхании у себя на губах.

Ей показалось, что время остановилось, и все вокруг замерло, не издавая ни звука.

Было страшно, невыносимо страшно от неумолимо растущего ощущения потери собственной принадлежности, от осознания того, что кроме них никого больше не было, от неизвестности, которую таила в себе каждая последующая секунда, от собственной неопытности и его выверенных действий.

Долгий жаркий поцелуй обжигал ее губы. Изабелла перестала что-либо понимать, лишь из глубины сознания продолжая чувствовать его движения.

Он осторожно коснулся ее левой руки и положил себе на второе плечо. Ее обожгло с ног до головы – он учил ее даже этому… учил поцелую…

Она таяла в его руках, словно первая утренняя снежинка, рассыпаясь мириадами дрожащих капель и обрываясь вниз с высоты его объятий.

Он прижимал ее к себе так сильно, что она почти слилась с ним в одно целое, всем телом чувствуя каждый изгиб его великолепной атлетической фигуры. Она задыхалась от переполнявших ее ощущений, сходила с ума от безысходности, от будоражившего ее смутного желания быть еще ближе.

Ей так хотелось самой обнять его, коснуться его густых шелковистых волос, провести хоть одной рукой по его сильному плечу, спине, но ей не хватало смелости. Она так боялась ошибиться, сделать неверный шаг. Если бы только он сам направил ее… подсказал, что делать… дал понять, чего хочет…

И вдруг она в ужасе отпрянула назад, почувствовав его прикосновение у себя во рту.

Она не понимала, что происходит, судорожно пытаясь вырваться из его рук, моментально обездвиживших ее тело и голову.

Ее бросало в жар и холод одновременно, онемевшее сознание рассыпалось на тысячи крохотных трепещущих осколков. У нее подкашивались ноги, зашкаливал пульс, дыхание остановилось в момент его касания. От нее ничего не осталось. Ни воли, ни гордости, ни самосознания…

Она все еще билась в его объятиях, пытаясь освободиться, но тиски были неумолимы.

Он не отпускал ее, значит, ее сопротивление было ошибкой.