Маска Зорро (СИ)

Линарес опрометчиво повернулся в сторону бездонных голубых глаз, удивленно распахнутых ему навстречу, и тут же размяк:

- Говоря простыми словами, у каждого помещения есть по несколько каналов для подвода воздуха. Если Вы заметили, то все комнаты без исключения заложены по верхнему периметру деревом. В данном случае, это не просто декоративный элемент. Там под потолком к каждой стене подходят довольно широкие шахты, по которым сюда поступает воздух с улицы. Деревянные планки расположены под специальным углом и на определенном расстоянии, чтобы пропускать воздух и при этом не свистеть, когда на улице поднимается ветер.

Планки подобраны под общий цветовой тон комнат и, кроме того, расположены достаточно высоко, чтобы быть хорошо освещенными, поэтому, если не знать об этой системе, кажется, что это часть интерьера. Такие подводы воздуха расположены строго друг напротив друга, чтобы создавался сквозняк и воздух мог как поступать, так и вытягиваться отсюда. Мы не чувствуем этого движения, потому что все происходит наверху. Но, если Вы встанете на стол и поднимете руку, то почувствуете легкий ветер. Это понятно?

Девушки ошарашено выдохнули.

Линарес с чувством выполненного долга потянулся за гроздью винограда."

"- А как получилось, что все шахты расположены в правильных местах? – почти шепотом спросила Изабелла.

- Большинство прокладывалось динамитом, но некоторые уже были. Зорро умеет выбирать места, – хмыкнул Рикардо, закидывая в себя горсть сочных ягод.

- А когда он тебе это рассказал?

- Пока вы изволили болтать у себя в комнате вместо того, чтобы спать или прийти на завтрак, – отрезал Линарес и, наконец, в полном умиротворении откинулся на необъятное кресло.

Девушки молчали, не в силах произнести ни слова. Молодой человек моментально оценил приятную тишину и, устроившись поудобнее, словно огромный сытый кот, довольно прикрыл глаза.

Неужели он мог бы рассказать это и при них тоже?… Изабелла впала в отчаяние – если бы она спросила его сама, он ведь тоже ответил бы ей. Он ничего не собирался скрывать, а она все еще нагромождала в своей голове тысячи планов по его разоблачению…

Ей стало ужасно не по себе.

Она никогда себя так не вела. Хладнокровие, спокойствие, снисходительный наклон головы, влившиеся в кровь и до боли заученные дворцовые манеры и жесты, встречи высокого уровня, учеба, занятия – это было ее жизнью в Британии, и она всегда думала, что это было правильно. Вернее, она даже не могла помыслить о том, что бывает как-то по-другому.