Маски сброшены

Цепкий взгляд моры ван Линдер не понравился Лену. Когда-то на него так же смотрел Хикара. Правда, безумия в глазах пожилой женщины не было. Но, говорят, и маг крови не всегда был безумен.

— Мы узнали о твоем существовании не очень давно, — степенно говорила мора ван Линдер, — Тирна, разлей шоколад.

— О, я думала это кофе, — удивилась эйта Краст.

— Это горячий шоколад, который я налила в кофейник. Его же от вашего зверья никаким иным способом не сберечь, — поджала губы мора ван Линдер. — Итак, о тебе мы узнали недавно.

— Зачем вы это говорите? — спросил Лен и кивков поблагодарил Тирну за чашку.

— Затем, что в семье не должно быть тайн. Ты будешь носить нашу фамилию, я оплачу твою учебу в Академии.

— Темные менталисты имеют право на бесплатное обучение, — напомнила эйта Краст.

— Вот еще, — усмехнулась мора ван Линдер. — Линдер никогда и никому не будет обязан.

Лен попробовал шоколад и чуть скривился — слишком сладко, слишком приторно. И тут же почувствовал, как Тихх уложил ему на колено тяжелую голову.

— Но тогда я буду обязан вам?

— Нет, ребенок. Это я обязана обучить и тебя, и Грету. С ней плохо вышло, — мора ван Линдер сделала небольшой глоток и отставила чашку, — но на тот момент другого выбора не было. Нельзя было привлечь к ней внимание Ринтара. Без поддержки мы бы с ним не справились.

— А что вышло с сестрой? — подался вперед Лен.

— Мне пришлось вести себя не так, как должна себя вести бабушка. Я воспитывала в ней желание любыми путями покинуть меня. Я хотела, чтобы она уехала в провинцию и все подводила к этому. Там, в глуши, мои старые друзья смогли бы ее защитить. В некоторых лесах лютуют волки.

— Даже если их там отродясь не было, — тихонечко хихикнула Тирна.

Попрощавшись, Лен поднялся из-за стола.

— Опять к Грете пошел, — вздохнула мора ван Линдер.

— Я не хочу влезать не в свое дело, — осторожно произнесла эйта Краст, — но каким образом он вам внук?

Амалия ван Линдер внимательно посмотрела на подругу внучки и успехнулась:

— Грета не рассказала? Ой ли… Этого мальчика самым гнусным и бесчестным образом извлекли из тела моей дочери.