Мафиози и его Ангел: Часть 3

На его груди и теле уже было несколько порезов. Но сейчас у меня были другие планы.

Лезвие скользнуло по его плечу, оставляя холодный след. Затем вниз по его правой руке. Альберто замер, когда мой нож начал все сильнее и сильнее давить на его кожу.

Когда я дотянулся до его ладони, я остановился. Все это время мои глаза были прикованы к нему, и я радовался, когда видел в них страх.

«Не… не… не…» - умолял он.

«Так тебя умоляла Айла? Она умоляла тебя остановиться, не так ли? - взревел я, сжимая его горло другой рукой.

Я прижался к его горлу, чувствуя его трахею пальцами. Мои пальцы прижались к его костям. Я легко мог бы его раздавить.

Когда его лицо начало краснеть, а затем стало пурпурным от удушья, я отпустил его хрупкую шею.

«Ты не остановился. Тогда почему я должен?» Я прошипел ему в лицо, держа нож в руке. Николай подошел к нему сзади и неподвижно держал Альберто за руку.

Я прижал кончик спирального ножа к тыльной стороне его руки. Мои глаза смотрели, как он смотрит на нож. Я смотрел, как он вздрагивает от страха.

Я засмеялся над его агонией, когда вытащил свой нож и вонзил его. Жестко.

Он кричал и кричал, его вопли наполняли комнату. Для моих ушей это была песня.

Альберто попытался убрать руку, но я повернул нож, все еще держа его руку. Я уставился на свою работу, следя глазами за длиной ножа. Половина лезвия оказалась в руке Альберто.

Вокруг нас лилась кровь, но мне было все равно. Это было наименьшей из моих забот.

«Ты знаешь, почему я люблю этот нож?» - я спросил.

Альберто вскрикнул, когда я снова повернул нож. Я слышал, как его плоть сминается вместе, его кости хрустят - ломаются. Звук кожи и плоти против крови.

«Но не волнуйся. Он не упадет, - пыталась я его успокоить. «Во всяком случае, пока нет».

«Пожалуйста…»

Увидев его слабую попытку, я отстранился и уставился на него. «Ой, бедный ребенок. Ты умоляешь? Это музыка для моих ушей, Альберто.

"Все стоило того, чтобы смотреть, как он корчится под моей атакой.

«П… ож… алу… нет… больше… пожа… луйста…»

Его мольбы разбили мне сердце, потому что все, что я мог слышать, - это как Айла умоляла Альберто остановиться. Она умоляла и умоляла, но он никогда не останавливался. Он продолжал причинять ей боль ... снова и снова.

«Ты так хорошо умоляешь.