Мафиози и его мальчик (СИ)

– Если тебе интересно, фестиваль прошёл на ура.

- Я рад, - радости, впрочем, Андрей не испытал никакой. А потом посмотрел на часы. – Слушай, Рит… - произнес он. – Ты знаешь, что ты просто золото?

- Нагло льстишь, Журавлёв. Но можешь продолжать.

- Закрой глаза. Закрыла?

- Да.

Андрей поймал её запястье, вынул из пальцев бумаги, которые Рита принесла с собой, и положил на стол. А затем взял часы и защелкнул на её руке.

- Ой… - открыв глаза, Рита расплылась в улыбке, но тут же стала серьёзной. – Андрюха, ты что, с ума сошёл?

- Не нравится?

- Куда я буду такое носить? Это же как мишень на лбу – «у меня есть бабло, подойди и возьми».

- Ну, не знаю, - Андрей развёл руками и встал. – Не нравятся – продай. А я пойду, покурю.

Эдуард, впрочем, так и не успокоился. Ещё через пару недель Андрей получил ещё один «презент» - двухметровое живописное полотно, изображавшее юношу в объятьях зрелого мужчины. Полотно пробуждало неожиданно яркие картины продолжения сюжета, тем более усиливавшиеся длительным воздержанием Андрея.

Андрей рухнул на кровать и застонал. Хотелось. Просто хотелось. И Эдуард пока что был единственным, кто в этом смысле действительно вызывал у него интерес. Но если мысль о том, что Эдуард проникнет в его тело, он ещё мог рассмотреть, то мысль о том, что Эдуард проникнет в его жизнь, была абсолютно неприемлема.

И когда вслед картине пришёл очередной звонок с вопросом о впечатлениях, говорить о первой части своих размышлений Андрей не стал, зато постарался как мог подробно объяснить собеседнику суть второй:

- Вы очень интересный человек, Эдуард.

- Я тебя понял, - вопреки словам, голос Эдуарда вибрировал, выдавая его настроение. И ещё через неделю, когда Андрей решил закрыть клуб на переоборудование, вместо заказанной звуковой системы на грузовике прибыла самая мощная, только что появившаяся «Surround Dolby Digital Excellent», которой в России ещё не было.

Андрей колебался. Целых полторы минуты. А потом понял, что есть вещи, против которых нельзя устоять – и распорядился начать установку.

Впрочем, в очередной телефонный разговор он предпринял ещё одну попытку объяснить Эдуарду бессмысленность его действий – и снова без всякого успеха. Казалось, Эдуард и сам наслаждается происходящим.