Ломаные линии судьбы

После чего вы знакомитесь с самим мастером, и он вам представляет своё, так сказать, портфолио и выставочные образцы, чтобы вы могли, что называется, вживую увидеть его произведения. Если вы убедились, что именно его изделия и манера исполнения вам подходят, то выбираете камни и материал. Либо приобретаете все материалы сами, либо берёте у ювелира, либо через ювелира заказываете по каталогу и обговариваете цену. Вы же понимаете, что в зависимости от камней и имени мастера цена варьируется.

– А в каких пределах работаете вы?

– В очень разных, – не порадовала конкретикой Аглая и повторила: – Очень.

Я работаю в определённом сегменте нашего рынка, не превышающем некоего уровня. Проще говоря: с по-настоящему дорогими, именными, крупными камнями не работаю, это отдельный, не самый простой формат в нашем деле. Я, конечно, ценник конский не ломлю, но индивидуальные, заказные ювелирные изделия – это очень дорогое удовольствие.

– Я думаю, что справлюсь. Только пока не знаю, когда и для кого, собственно.

– Как определитесь, дам вам бесплатную подробную консультацию.

– Договорились, – согласился Шагин и попросил: – А ещё вашего прекрасного кофе можно?

– Да, пожалуйста. – Аглая поднялась из-за стола и спросила: – Ну а вы, Игорь Борисович, как стали юристом? Это потомственное, как я понимаю? Пошли по бабушкиным стопам?"

"– Потомственное, – кивнул он. – Но не только по бабушкиным. Дед мой Архип Кузьмич, муж Музы Павловны, тоже был юристом, только военным. Они и познакомились с ним на конференции юристов.

– А ваш батюшка? – заинтересованно спросила Аглая, поставив перед гостем чашечку с кофе и добавив нарезанных засахаренных фруктов на тарелочку.

– Отец тоже юрист, но больше по научной части, не прикладник. Занимается международным юридическим правом. А вот дядька мой, старший брат отца Игнат Архипович, из семейной династии выпал, став учёным-историком.

– Ну а вы в своём выборе не сомневались? – любопытничала Глаша, сев напротив.

– Ещё как сомневался, – усмехнулся Шагин.

 – Не хотел ни в какие юристы идти категорически. Правда, в какую профессию направиться, чем хочу заниматься, к чему имею тягу и душа лежит, не знал и не понимал в юности. Поэтому…

Поэтому Игорь Шагин и отправился работать на завод, отказавшись куда бы то ни было поступать по окончании школы. А через восемь месяцев отправился служить в армию, как и положено здоровому восемнадцатилетнему парню, даже не пытаясь «откосить» или прятаться от призыва.