Любовница. По осколкам чувств

Следом прикурил вторую. Руки дрогнули, по крови прошла волна болезненного облегчения, замешанная на горечи.

— Да выдохни ты уже, Даня, — рявкнул Ветров.

— Не могу, — проскрипел я, — если бы я только знал, что из-за беспонтового членосования в жену Безрукова погибнет девять человек, то тогда…"

"— Угомонись, — отмахнулся Ветров, — я тебя знаю как облупленного. Если бы ты был в курсе, что в эту конкретную бабу член совать нельзя, то засунул бы в другую.

— Причём тут это?

— Притом, что трахать надо свою жену, а не чужую, тогда и проблем не будет.

— Давно ли ты в святого Романа заделался, а? — откровенно выпал я в осадок от его наезда.

— Твою сестру встретил и заделался, — фыркнул Ветров.

— Напомнить, что до этого было, м-м?

— Не стоит, — буркнул и отвернулся.

— А я все-таки напомню, милый мой родственничек. Ты мою невесту накануне свадьбы поимел! Раскудахтался мне тут тоже, поборник нравственности и чести…

— Ой, да брось. Я тебя просто для Айзы из когтей нехорошей женщины вытаскивал.

Благое дело сделал вообще-то, а ты… эх!

И ржёт. Но мне вот совсем несмешно. Ни капельки. И выговориться хочется, хотя я вообще ненавидел все этих душевные словоизлияния. Но вот почему-то именно сейчас меня размазало. Докурил, сел обратно в кресло, замахнул стопку и зачем-то распизделся.

Дебил.

— Я когда впервые Айзу увидел, то сразу понял, куда она метит и кем хочет для меня стать. Мы как раз с Камилем и его отцом начали налаживать взаимодействие. Нам нужны были их вагоны. Им наша развитая логистическая сеть на севере страны.

Это было выгодно со всех сторон, учитывая ещё и связи Ильясовых на Дальнем Востоке. Потом выгорел контракт по хабу в Хабаровске и встал вопрос о крупных, а самое главное продолжительных инвестициях в друг друга. А для таких вещей, сам понимаешь, нужны железобетонные гарантии. Отец семейства пару Айза-Даня сразу забраковал, мол у меня репутация не ахти какая и я не смогу сделать его кровиночку счастливой. И тут на сцену вышел Камиль, мол отдайте мне Соню, я её хочу и давно по ней сохну.

— Осади, Шах! Ты о моей жене говоришь вообще-то!

Я на его слова даже внимания не обратил, продолжая вещать.

— Потом с сестрой случился ты. Отец, вопреки всему, договорённости по Ильясовым отменять не желал и планировал тупо замаскировать проблему. Тогда-то я и пошёл к старшему Ильясову, предлагая рокировку. Он со скрипом, но согласился, поставив мне довольно-таки жёсткие условия по брачному контракту.